Меню

Дезадаптивная мечтательность как от нее избавиться

Что такое дезадаптивная мечтательность: 7 способов избавиться от неё навсегда

Педагог-психолог. Помогу разобраться в себе; Донесу мысль о том, что жи.

Практикующий психолог, гештальт-терапевт. Закончила Тольяттинский Государ.

Часто ли ты задумываешься о том, что было бы, если бы в прошлом ты приняла другое решение? А строишь в голове картины своей идеальной жизни? И случалось ли тебе буквально выпадать из реальности, когда фантазия в представляемых образах начинала бить через край?

Всем людям свойственно мечтать и фантазировать. И очень часто, когда нужно на чём-то сосредоточиться, мысли могут улететь куда-то далеко. Но, некоторые люди слишком углубляются в это состояние, чтобы отвлечься от реального мира.

Подобное увлечение может сильно мешать жить полной жизнью и адекватно взаимодействовать с окружающими. Такое состояние называется «дезадаптивной мечтательностью» или «навязчивыми грёзами». Данное состояние не является диагнозом или психическим расстройством, но оно всё равно может осложнить жизнь.

Именно поэтому учёные по всему миру изучают дезадаптивную мечтательность и ищут способы помочь людям, которые от неё пострадали.

Шесть признаков дезадаптивной мечтательности

Чтобы понять, свойственно ли это тебе, нужно проанализировать своё состояние.

  • Твои мечты похожи на фильм.

Тебе больше не нужно думать, какой сериал включить после работы. В твоей собственной голове разворачиваются сюжеты покруче. Многие люди с дезадаптивной мечтательностью упоминают, что их «сериалы» делятся на главы, сезоны, а герои меняются на протяжении всех временных промежутков. В целом, ничего плохого в том, чтобы строить такие сюжеты в голове и нет, но важно, чтобы данное увлечение не отнимало большую часть твоей жизни и энергии.

Навязчивые фантазии — что это?

Если ты мечтаешь о чём-то просто лёжа на диване, то страшного в этом ничего нет. Но, если ты, например, едешь за рулём и представляешь себя победителем гонки, то такое погружение чревато последствиями. Немного отвлеклась и попала в аварию. Поэтому, будь предельно внимательна.

  • Фантазии мешают твоим делам.

Считается, что «выпасть» из разговора, а после вернуться к нему, или замечтаться во время совещания – признак креативности. Но всё сводится к одному: если фантазии затянула настолько, что невозможно вернуться к делам, то стоит начать беспокоиться.

  • Реальность для тебя – скука.

Очень часто, когда начинаешь фантазировать слишком часто, это может принести негативные эмоции. Ты начинаешь злиться, что твоя жизнь не может быть такой же безупречной, как в фантазиях, а люди ведут себя совсем не так, как ты запланировала. Если это про тебя, то нужно что-то менять.

Если у тебя нет возможности погрузиться в мечты в течение дня, и ты отложила это на вечер, то обрати внимание, не отнимает ли данное увлечение время у сна. Ведь недосып может очень сильно сказаться на качестве жизни.

  • Ты никак не можешь собраться.

Часто люди могут думать вообще не о том, чем занимаются в данный момент. Речь, конечно, не о планах на выходные, а именно о том, что мешает важным занятиям. Осторожнее погружайся в свои мечты, чтобы в дальнейшем не было проблем с концентрацией и внимательностью.

Семь способов избавления от дезадаптивной мечтательности

Не пей перед сном ничего содержащего кофеин или алкоголь. По правде говоря, лучше вообще ограничить количество жидкости перед сном. Ведь лучше проспать всю ночь полноценно, чем каждый час следовать зову природы, а наутро и вовсе проснуться с отёками.

Giphy

Необходимо так же придерживаться режима – вставать и ложиться в одно и то же время. И обязательно заведи себе какой-нибудь ритуал перед сном (например, прочитать пару страниц книги), тогда мозг будет готов успокоиться и готовиться ко сну

  • Старайся поддерживать активность на протяжении всего дня.

Постоянно отвлекай свой разум от фантазий. Дай ему «работу». Например, поразгадывай какие-нибудь головоломки, пообщайся с коллегами или друзьями. Можешь даже совместить физическую и умственную активность, потанцевав.

  • Подсчитай, насколько меньше ты стала фантазировать.

Это довольно тяжело, но старайся ловить себя на моментах, когда снова замечталась. Старайся сократить количество этих моментов. Например, можешь себе поставить таймер на несколько минут и после записать, сколько раз ты провалилась в фантазии. И повторяй это упражнение до тех пор, пока количество «провалов» не начнёт уменьшаться.

Ведение дневника отлично помогает сосредоточиться. Ты записываешь свои мысли и тем самым упорядочиваешь их. Такая практика поможет не забыться и совсем не погрузиться в фантазии. Перенося свои грёзы на бумагу, можно осознать и проанализировать свою жизнь в данный момент.

Фото автора Ava Motive: Pexels

  • Сделай свою привычку мечтать продуктивной.

Из всего можно и нужно стараться извлечь выгоду. Если ты осознала, что склонна к дезадаптивной мечтательности и определила свои триггеры (места, события или чувства, которые склоняют тебя к навязчивым грёзам), обрати внимание на то, как ты себя чувствуешь. Если вдруг ты почувствовала себя мотивированной и энергичной, значит можно начинать работать над целью, которая ворвалась в твои фантазии.

  • Пообщайся с психологом или психотерапевтом.

Установленных методов лечения дезадаптивной мечтательности нет, как и нет лекарственных препаратов. Официального признания болезнью не было, а все исследования ещё достаточно молоды. Даже многие медицинские работники ещё не слышали о такой проблеме.

Но психотерапевт может помочь справиться с данным состоянием. Например, если ты пытаешься сбежать от реальности в периоды стресса или других негативных состояний, то можно совместно с психотерапевтом разработать тактику избавления от этих состояний.

Как уже было упомянуто, о дезадаптивной мечтательности на данный момент известно очень мало. В идеальном раскладе было бы найти сайты или сообщества, которые созданы именно людьми с навязчивыми грёзами. Потому что, осознав свою проблему, человек становится в ней более заинтересован. Следи за всем, что касается дезеадаптивной мечтательности: медицинскими исследованиями, разработками, возможными способами лечения.

Фото автора Christian Diokno: Pexels

Ещё несколько советов

  • Если найти «единомышленников» или, в данном случае, «единомечтателей», то можно гораздо проще справиться с данной проблемой. Понимая другого человека и осознавая, что тебя тоже понимают, можно получить и дать самую мощную поддержку.
  • Обязательно поговори с кем-нибудь, ты не одинока в этом мире и в данной ситуации.
  • Помни, что дезадаптивная мечтательность – это не всегда обязательно плохо. Данная способность может помочь тебе расслабиться (но, желательно, лёжа на диване). Ты даже можешь фантазировать для определённой цели. Например, если планируешь обновить ремонт в квартире и тебе нужно продумать цвет стен и мебели, и вдобавок решить, где и что будет стоять. Но, если в своих фантазиях ты начнёшь уходить слишком далеко и не сможешь это контролировать, то обязательно обратись за помощью.
  • Ни в коем случае не занимайся самолечением и не пытайся заглушить данное состояние, употребляя алкоголь или что-то посерьёзнее. Эти вещества легко могут стать триггерами для дезадаптивной мечтательности.
Читайте также:  Жидкие приманки для крыс

Будь внимательна, контролируй себя и живи в моменте здесь и сейчас.

Источник

Сны наяву: что такое навязчивые грезы и стоит ли из-за них беспокоиться

Каждому доводилось коротать время в транспорте, на скучной лекции или даже на рабочем месте, погрузившись в фантастический мир ярких грез — в сны наяву. Такое кратковременное бегство от реальности является естественным процессом для нормальной психики. Однако у некоторых людей мечты выходят из-под контроля и пагубно влияют на учебу, работу и личную жизнь, вызывая настоящую зависимость от погружения в вымышленный мир. Этот феномен известен давно, но ученые обратили на него внимание только в начале 2000-х годов. Что же такое навязчивые грезы, чем они обусловлены и стоит ли из-за них беспокоиться?

В бодрствовании, когда всё хорошо, когда отступают заботы и тревожные мысли и мы погружаемся в грезы, не отдаемся ли мы с блаженством вечному потоку, не плывем ли мы в экстазе по спокойным волнам жизни?
Г. Миллер, «Биг-Сур и апельсины Иеронима Босха», 1957

Неадаптивные мечтания

Грезы (сны наяву) долгое время рассматривались как разновидность бессознательной деятельности. Фрейд изначально предположил, что мечтание представляет собой попытку решения переживаемой депривации или конфликта и что фантазия, которая входит в сознательное осознание, вполне может представлять собой золотую середину между неудовлетворенными желаниями и требованиями социальной адаптации или моральными ограничениями общества. Позже ученые предположили, что сама фантазия не обязательно должна возникать только из фрустрации или отложенного удовлетворения, но может служить адаптивным функциям. Тем не менее грезы не считались важным объектом психоаналитических или психотерапевтических исследований.

В основополагающей книге Daydreaming Дж. Сингер (1966) сообщил, что 96% предположительно психически нормальных и образованных взрослых ежедневно мечтают в той или иной форме. Такая умственная деятельность зачастую происходит, когда человек находится в одиночестве, например в постели перед сном, и основное внимание уделяется планированию будущих действий и рассмотрению межличностных контактов.

Другие исследователи практически случайно обнаружили, что существует определенная выборка «заядлых мечтателей».

Распространенность предрасположенности к фантазиям в неклинических когортах оценивалась в диапазоне от 4% до 6%. Среди лиц, подвергшихся жестокому обращению в детстве, встречаемость колебалась от 9% до 14%. Две трети склонных к фантазиям людей из неклинической выборки соответствовали критериям диагностического и статистического руководства по психическим расстройства DSM-III-R (ось I). Исследователи показали, что фантазеры более склонны к депрессии, и пришли к выводу, что у некоторых людей предрасположенность к грезам может быть связана со значительной психопатологией.

Грезы у страдающих субъектов служат частью петли отрицательной обратной связи: психологически здоровые люди используют свои мечты таким образом, чтобы усилить добрые чувства к самим себе, в то время как несчастливые интерпретируют склонность к фантазиям как еще один признак слабости или несостоятельности. Серия исследований с участием психически нормальных людей привела к разработке конкретных психометрических шкал, которые позволили вести дальнейшие исследования различных типов мечтаний и связанных с ними личностных переменных.

Неадаптивные мечтания, или навязчивые грезы , характеризуются как обширная фантазийная деятельность, которая заменяет человеческое взаимодействие и/или мешает учебной, межличностной либо профессиональной деятельности. Первой научной работой, посвященной проблеме, является публикация 2002 года израильского ученого доктора Е. Сомера (Eli Somer), профессора психологии Хайфского университета. Сомер фактически стал основоположником изучения навязчивых грез и создал международный проект по их исследованию, основная миссия которого — продвигать научные знания о неадаптивном мечтании, понять психологические и физиологические особенности явления и в конечном счете помочь тем, кто страдает от грез и нуждается в помощи.

О чем и почему грезят люди

Профессор Сомер обратил внимание, что 24% его пациентов склонны к грезам наяву. Для участия в первом исследовании он отобрал шесть человек с полным или неоконченным высшим образованием. Под мечтанием или грезами учеными подразумевалась способность «задать тему, а затем разворачивать образный сценарий, обладающий некоторыми характеристиками сна и кинофильма». В результате было обнаружено, что четыре из шести субъектов имели показатели, указывающие на диссоциативную патологию; двум участникам поставлен диагноз нарциссическое расстройство личности. Все испытуемые имели неприятные детские переживания, в том числе столкновение с жестокими конфликтами между родителями, эмоциональное пренебрежение, психологическое, физическое или сексуальное насилие, были одиноки в детстве и продолжали оставаться одиночками во взрослом возрасте. За исключением одного участника ни один из субъектов не сообщил об имеющихся дружеских или романтических отношениях.

Навязчивые грезы ассоциировались с очень плохой межличностной вовлеченностью и тревожным избеганием близости у всех респондентов, серьезным ухудшением успеваемости или производительности труда. Поперечный анализ стенограмм интервью респондентов выявил девять тем, сгруппированных в три метатемы фантазирования: функциональная (бегство от стресса и боли путем улучшения настроения и мечты об исполнениях желаний; общение, близость и успокоение), тематическая (насилие; власть и контроль; идеализированное «Я»; пленение, спасение, побег; сексуальное возбуждение) и динамическая (возникновение грез и кинестетические элементы).

Навязчивые грезы заинтересовали и других исследователей. Американские ученые оценили опыт 90 человек (75 женщин и 15 мужчин в возрасте 18–63 лет), которые самоидентифицировались как «чрезмерные» фантазеры. Результаты опросов показали, что респондентам нравится мечтать, но они считают такое пристрастие социальным и психологическим бременем. У многих участников возникает навязчивая потребность в грезах. У 79% фантазии сопровождаются кинестетической активностью, 82% скрывают имеющуюся склонность к мечтанию от окружающих.

Участники сообщали об испытываемом стрессе, вызванном тремя факторами: трудности с контролем над необходимостью или желанием фантазировать; беспокойство о том, что количество фантазий мешает реальным отношениям и деятельности; сильный стыд и значительные усилия, чтобы скрыть свое поведение от других.

При рассмотрении функциональных грез, направленных на избавление от стресса и боли с помощью фантазий о повышении настроения и исполнении желаний, испытуемые утверждали, что важная роль их мечтаний была двоякой: отключение от страданий и волшебное превращение несчастья в желаемый опыт. Грезы использовали, например, чтобы сбежать от жестоких ссор между родителями. Погружение в сексуальные фантазии повышало настроение. В поиске близости и успокоения респонденты утешались, представляя, как воображаемый спутник жизни сопровождает их дома и на улице. Один субъект в грезах приводил в свою жизнь реальных людей, с которыми хотел бы поговорить, но ему казалось неловким завести разговор.

Читайте также:  Как можно избавится от ошибки

Насилие являлось популярной темой грез. Пятеро испытуемых говорили о преобладании агрессии, безжалостной жестокости, садизма и сцен кровопролития в своих фантазиях. Такие переживания казались участникам эгосинтонными и не обозначались как источник эмоционального расстройства. Самоидеализация по частоте не уступала насилию. Люди испытывали удовольствие, представляя себя теми, кем бы хотели быть: семейным человеком, успешным любовником или любовницей, власть имущим. Субъекты неоднократно вспоминали о неприятных событиях, изменяя неудачные диалоги и собственные фразы наилучшим образом. Не обходилось и без эротического доминирования над женщинами. Повторяющимися сюжетами были пленение, спасение и побег. Часто люди чувствовали себя пойманными в ловушку жестокого окружения, в грезах избегая мучительного прошлого и жизненных проблем.

Читайте также

Сексуальное возбуждение и плотские наслаждения с ненасытной компульсивностью, сбивающим с толку чувством вины и печального одиночества описано четырьмя участниками. Один субъект мог заснуть только после длительной компульсивной фантазии о флирте, ухаживании и соблазнении женщины, затем складывал одеяло в воображаемый женский торс и занимался с ним сексом. Девушка, пережившая инцест, смущенно рассказала, что способна получать сексуальное удовлетворение лишь тогда, когда фантазирует о рабстве и изнасиловании; она определила эти грезы как «самые эффективные снотворные транквилизаторы». Мужчина признался, что променял бы любую возможность заняться сексом с девушкой на длительную фантазию о сексуальном доминировании. Другой участник описал свой способ погружения в грезы:

«Когда я вижу на улице привлекательную девушку, то мысленно добавляю ее в архив. Дома я могу часами мастурбировать, фантазируя о сексе с ней. Я делаю это снова и снова, пока не исчерпаю острые ощущения. Это очень старая привычка, которая отнимает много сил и времени».

К прочим темам мечтаний относились репетиции предстоящих диалогов, ожидаемое предательство со стороны, казалось бы, заслуживающих доверия знакомых, помощь нуждающимся и спортивные состязания. Все опрошенные связывали возникновение навязчивых грез с негативным детским опытом, например изнасилованием, эмоциональным пренебрежением, инцестом, задержкой полового созревания, ксенофобией. Кинестетические элементы присутствовали у пяти участников, повторяющиеся монотонные движения во время грез служили для гипнотического наведения или физического разыгрывания.

Несмотря на то что изученная авторами выборка получена из клинической популяции, результаты исследования согласуются с сообщениями о повышенном риске психопатологии среди людей с чрезмерной склонностью к фантазиям. Предрасположенность к грезам у 24% пациентов в израильской травматологической практике считается высокой. Профессор Сомер объясняет это тем, что пациенты отобраны из специализированной практики, а не из общей клинической группы: все участники в детстве пережили неблагоприятные обстоятельства. Анализ интервью в исследовании демонстрирует сложную картину. Все респонденты не только сообщили, что испытали в разной степени негативные переживания, обусловленные мечтаниями, но и описали широкий спектр полезных функций, связанных с образами идеализированного «Я», вовлеченного в откорректированное межличностное общение, а также успокаивающие переживания.

Навязчивые грезы можно частично объяснить как фобическое поведение, альтернативу избеганию. С другой стороны, воображаемый процесс служит болезненным напоминанием об угрозах реального мира и усиливает фобические страхи, способствуя избегающему поведению. Исследователи сравнили индексы неадаптивной мечтательности 194 участников в возрасте 18–56 лет (99 женщин, переживших сексуальное насилие в детстве, и 95 респондентов из контрольной группы, которые не сообщали в анамнезе о сексуальном насилии). Перенесшие насилие получили высшие баллы по шкале навязчивых грез в сравнении с контрольной группой, а также имели на 50% более высокие баллы по психологическому дистрессу, на

60% — по социальной фобии и социальной изоляции. Ухудшение показателей при возрастании склонности к грезам подразумевает усугубление психосоциальных проблем под действием неадаптивной мечтательности.

Исследователи предполагают, что

30% женщин, переживших сексуальное насилие в детстве, могут страдать от неадаптивной мечтательности как патологической формы диссоциативной абсорбции.

В 2016 году профессор Сомер продолжил изучение предыстории и поддерживающих факторов неадаптивной мечтательности. Выборка состояла из 16 человек, которые искали помощь и советы по поводу навязчивых грез от сверстников онлайн. Главный вывод работы заключается в том, что основой навязчивых грез является детское одиночество. Неспособность родителей или опекунов реагировать на чувства респондентов, возможно, оказывала постоянное давление, направленное на развитие внутренних ресурсов для выражения сильных чувств, ощущения состоятельности или успокаивающего комфорта. Респонденты говорили о сознательных решениях, которые они приняли в раннем детстве, чтобы выдать желаемое за действительное, как альтернативу мучительному одиночеству. Многочисленные отчеты о развитии неадаптивной мечтательности содержали описания детской боли, связанной с отсутствием друзей, с брошенностью и отверженностью.

Хотя склонность мечтать может привести к социальной изоляции, у авторов сложилось впечатление, что взаимосвязь между способностью к интенсивным мечтаниям и социальной изоляцией в детстве циклична и нелинейна. Взаимодействие социальной изоляции и соблазнительной компенсирующей внутренней реальностью было особенно заметно среди респондентов, которые сообщили о серьезных проблемах в детстве. Для многих участников семейные конфликты служили основным фактором стресса. Тем не менее даже люди, не испытывавшие детских травмирующих переживаний, предпочитали окружающей реальности уединение и свой внутренний мир. Личная «виртуальная реальность» служит для них постоянной компенсацией душевного расстройства, источником радости и вдохновения.

Грезы как зависимость

Участники исследования отмечали, что на грезы тратится много времени. Фактически респонденты прямо описали стремление к мечтаниям как зависимость. Временные затраты различались: некоторые говорили о 2–3 часах в день, тогда как другие обозначали более длительные периоды — 6 часов и больше. Огорченные психической зависимостью, стыдящиеся и обеспокоенные тем, что их раскроют, и полные решимости скрыть свою тайну от общества, многие респонденты обращались за профессиональной помощью.

Может быть интересно

Проведенное в Польше исследование 2018 года, основанное на интерпретативном феноменологическом анализе (IPA), однозначно рассматривает навязчивые грезы как новую форму поведенческой зависимости. Неадаптивные мечтатели имеют определенное сходство с проблемными интернет-игроками, которые играют для того, чтобы избежать реальных жизненных трудностей (бегство от реальности), и используют фантазию, чтобы испытать вещи, не существующие в реальности, или опробовать в игре альтернативные идентичности. Навязчивые грезы можно рассматривать как поведенческую зависимость, потому что люди испытывают острое стремление к ним или чувствуют себя вынужденными повторять и растягивать этот процесс. Некоторые сообщают о непреодолимом желании погрузиться в мир фантазий сразу после пробуждения или хотят продолжать фантазировать, если их прерывают. Кроме того, мечтатели обеспокоены потерей контроля над фантазиями и безуспешными попытками ограничить их до приемлемого уровня.

Компоненты поведенческой зависимости обычно идентифицируются как: а) значимость — деятельность становится важнее, чем что-либо еще, и доминирует над мышлением; б) изменение настроения — переживание деятельности ведет к возбуждающему удовольствию (кайфу); в) толерантность — привыкание, требующее нарастания объемов активности; г) отстранение — неприятные состояния, когда деятельность прекращается или внезапно снижается; д) конфликт (меж- или внутриличностный); е) рецидив — вызывающие привыкание паттерны легко и быстро восстанавливаются даже после длительного воздержания или контроля.

Навязчивые грезы — болезнь или симптом?

Исследователи обнаружили высокий уровень коморбидности навязчивых грез на выборке из 39 пациентов: 74,4% соответствовали критериям более чем трех дополнительных расстройств, а 41,1% — свыше четырех. Наиболее частым коморбидным состоянием являлся синдром дефицита внимания с гиперактивностью (76,9%); 71,8% соответствовали критериям тревожного расстройства, 66,7% — депрессивного расстройства и 53,9% — обсессивно-компульсивного или родственного расстройства; 28,2% пытались покончить жизнь самоубийством. Пациенты, отвечающие критериям неадаптивной мечтательности, часто имеют сложные психиатрические проблемы. Следовательно, навязчивые грезы отличаются от обычных мечтаний, а склонные к ним люди испытывают значительные страдания. Данные, полученные от 202 участников, показали, что у 64,4% из них было диагностировано психическое заболевание, включая депрессию (32%), тревожность (29%), обсессивно-компульсивное расстройство (11%), синдром дефицита внимания и гиперактивность (9%), посттравматическое стрессовое расстройство (7%), пограничное расстройство личности (4%), расстройство аутистического спектра (3%), психотические (3%) и диссоциативные расстройства (2%).

На выборке из 77 лиц с самостоятельно поставленным диагнозом навязчивых грез установлено, что увеличение мечтаний тесно связано с одновременным усилением других симптомов и отрицательных эмоций, а также с уменьшением положительных переживаний. Неадаптивная мечтательность временно сопровождалась обсессивно-компульсивными симптомами, диссоциацией и негативными эмоциями, при этом обсессивно-компульсивные проявления были единственным постоянным предшественником грез. Авторы пришли к выводу, что эти симптомы потенциально имеют общие механизмы и могут коррелировать с уровнем серотонина в развитии или поддержании болезненного состояния. Связь с обсессивно-компульсивными симптомами подтвердилась и на выборке из 510 участников. Неадаптивная мечтательность умеренно связана как с навязчивыми идеями, так и с компульсиями, включая компульсии проверки и повторения, навязчивые идеи, а также физические компульсии. Авторы считают, что диссоциативные механизмы играют важную роль во взаимосвязи навязчивых грез и обсессивно-компульсивных симптомов.

Лечится ли неадаптивная мечтательность

Участники описали свои попытки обращения за профессиональной медицинской помощью для избавления от неадаптивной мечтательности, в результате которой получали психофармакотерапию на основе ошибочного диагноза. Психотропные препараты, например антипсихотические, помогали незначительно, уменьшая тревожность, но не устраняя навязчивые грезы. Другие сообщили об умеренном улучшении симптомов депрессии и об отсутствии ответа неадаптивной мечтательности на различные селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), такие как паксил или циталопрам. Респондентам были поставлены различные диагнозы, включая депрессивное расстройство, тревожное расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство, посттравматическое стрессовое расстройство, пограничное расстройство личности и диссоциативное расстройство или несколько диагнозов одновременно. Стыд и страх быть неправильно понятыми служили препятствиями для точности диагностики и правильного выбора последующей терапии.

Читайте также

Респонденты принимали 46 различных психофармакологических препаратов, а также 18 рекреационных психоактивных веществ. Из 202 участников 70,8% сообщили, что когда-либо употребляли вещества в развлекательных целях. Большинство людей сообщали об отсутствии положительного или отрицательного эффекта от любого типа лекарств или рекреационных препаратов. Участники исследования отмечали, что использование производных конопли может чаще и в большей степени обострять неадаптивную мечтательность, чем другие соединения: у 29% марихуана вызывала незначительное или значительное усиление грез, но у 15% симптомы несколько уменьшились. Общей тенденцией оказалось частое использование в социальной среде алкоголя и психоактивных веществ, а также то, что любое уменьшение мечтательности из-за рекреационных ПАВ может быть частично обусловлено социальным окружением, а не принимаемым веществом.

На основании предварительных данных исследователи предостерегают людей с навязчивыми грезами от употребления марихуаны или синтетических агонистов каннабиноидных рецепторов. Что касается потенциально полезных при неадаптивной мечтательности соединений, у 24% участников антидепрессанты вызывали уменьшение симптомов по сравнению с 10%, которые заявили, что препараты слегка или значительно усилили грезы. Кроме того, у 7% нейролептики уменьшили симптомы, тогда как только 2% сообщили об их усилении. Авторы полагают, что антидепрессанты СИОЗС оказались относительно эффективной подгруппой препаратов и могут стать лекарствами первой линии при неадаптивной мечтательности.

Вместо заключения

Мечты — это нормальная и очень распространенная умственная деятельность с бесчисленными ежедневными короткими эпизодами фантазий, однако про чрезмерную, неконтролируемую, тревожную и дисфункциональную форму грез до сих пор известно мало. Последние пять лет интерес к этому явлению возрос, во многом благодаря усилиям профессор Сомера и его коллег, но в русскоязычной научной литературе проблема навязчивых грез до сих пор полностью игнорируется и затрагивается лишь в некоторых СМИ.

Главный вывод большинства исследований заключается в том, что существует острая необходимость в раннем выявлении неадаптивной мечтательности, ее правильной диагностике в зрелом возрасте, изучении взаимосвязи с другими психологическими и психическими расстройствами и предотвращении постановки неверного диагноза с последующим назначением неподходящей терапии. Среди исследователей продолжается спор о том, следует ли классифицировать определенные проблемные формы поведения как новые поведенческие зависимости или надо избегать чрезмерной патологизации повседневной деятельности. Судя по имеющейся к настоящему моменту информации, навязчивые грезы скорее являются не самостоятельной патологией, а симптомом, указывающим на возможное присутствие коморбидных нарушений психики, которые могут потребовать серьезного лечения.

Проверить себя по шкале склонности к навязчивым грезам читатель может в автоматизированной версии опросника, переведенной на русский язык. Подробнее ознакомиться с проблематикой и опубликованными научными работами по неадаптивной мечтательности можно на сайте проекта профессора Сомера. Также существует небольшое русскоязычное сообщество «Анонимные Дейдримеры», предлагающее онлайн-собрания для людей, страдающих от навязчивых грез и желающих найти поддержку.

Источник