Меню

Крыса порфиринит что это

Порфирин у крыс (кровь из носа и глаз): симптомы и лечение

Что такое порфирин у крыс?

Обращали ли вы внимание на необычные выделения у вашего домашнего животного из носа или глаз? Это жидкость красно-коричневого оттенка, по консистенции похожая на кровь. Вы можете подумать, что ваш любимец получил травму, например, порезался. Если вы захотите обработать ранку и выяснить причину выделений, то увидите, что раны нет. Такие выделения у крысы называются порфирином.

В ветеринарной энциклопедии есть определение этого заболевания. Порфирин – в двух словах — это вещество красного или бордового цвета, по виду и составу напоминающее кровь. При выделении порфирина можно подумать, что питомец плачет кровавыми слезами или у него сопли с кровью.

Порфирин образуется на морде животного в районе носа или глаз. Эти кровавые выделения вырабатываются особыми железами (гардеровыми), которые находятся в уголках глаз изнутри.

Как выглядит порфирин

Исследуя данное вещество под микроскопом, можно установить, что оно похоже на кровь. Это органическое соединение, обладающее четырьмя пирольными кольцами. Таким образом, порфирин – это группа органических веществ, которые были выявлены в дикой природе. Свойством порфиринов является способность связывать металлы.

Опасно ли это?

Выяснить, кровь это или порфирин, можно самостоятельно. Возьмите часть вещества на ватный диск и нанесите на него каплю перекиси водорода. Если вещество начнет шипеть и поменяет цвет, значит, на вате кровь.

Во время стрессовой ситуации или при болевых ощущениях у крысы порфирин выделяется в повышенном количестве. До одного года у животного образуется большее количество этого вещества, чем у крысы более старшего возраста.

К двум годам жидкости железами вырабатывается совсем мало. Зачастую такие выделения – это всего лишь естественные процессы, и вмешательства специалистов здесь не требуется.

Но бывают случаи, когда помощь ветеринарного врача необходима:

  • постоянно в больших количествах из носа и глаз грызуна выделяется жидкость;
  • есть подозрение, что у грызуна микоплазмоз, дифтерия или сальмонеллез;
  • если ваш питомец стал более медленным, плохо ест и не пьет, ложится в странных позах.

Влияние порфирина

Порфирин смазывает мигательную перепонку и обеспечивает защиту глаз животного от яркого освещения. Говоря проще, благодаря порфирину зверек может моргать. В ходе исследований было установлено, что в условиях яркого света это вещество у крыс производится в большем количестве.

Выделения могут увеличиться и при ответе на раздражители, такие как синий свет и ультрафиолет.

Также объем выделений увеличивается по мере роста крысы – чем старше она, тем больше порфирина. У особи возрастом один год такие выделения больше, чем, например, у зверька более младшего возраста. А также, наоборот – с возрастом ближе к двум годам выработка этого вещества снова идет на спад, и его уже образуется меньше, чем в год.

Причины образования порфирина

У крыс существуют разные признаки недугов:

  • шерсть крысы растрепанная, неопрятная;
  • у питомца заторможенная реакция;
  • зверек начал сутулиться;
  • он мало передвигается;
  • наблюдается сбой груминга;
  • зверек шатается на ходу;
  • крыса теряет в весе;
  • обильно выделяется порфирин.

Профилактика

Когда у крысы нет проблем и она не болеет, ее глаза, нос и слизистые абсолютно чистые. Когда в носу у питомца порфирин (без причины), ваш питомец требует внимания специалиста. В ветеринарной клинике возьмут анализы и посмотрят животное, в результате чего можно будет понять, все в норме или есть заболевание. В последнем случае врачом будет прописано лечение на дому или назначены процедуры в ветеринарном учреждении.

Для того чтобы у животного не появились нехорошие симптомы, хозяину нужно соблюдать следующие правила:

  • клетка с питомцем должна располагаться в тихом спокойном месте – животному необходим уют;
  • зверька нельзя подвергать стрессу, шуметь, кричать и резко будить – это его напугает;
  • крысу необходимо кормить здоровой и полезной пищей;
  • постоянно нужно следить за питомцем, за его состоянием, кожей и слизистыми.

Лечение крыс в домашних условиях

Для начала следует определить, здоров ваш питомец или он заболел. Проверить это можно и самостоятельно, дома. Берем вату, собираем с мордочки зверька выделения, после чего капаем на них несколько капель перекиси водорода. Смотрим, поменяла ли жидкость цвет. Если под воздействием перекиси водорода вещество начало шипеть и менять цвет, то это кровь, а значит, произошло повреждение кожи или слизистых животного в результате травмы. Если никакой реакции не произошло, цвет не изменился, то это порфирин.

Существуют еще способы проверки выделений, например, с помощью ультрафиолета. Нужно положить ватный диск с веществом под ультрафиолетовую лампу. Если капля начнет светиться розовым, то это порфирин.

Метод лечения в домашних условиях

Когда вы уверены, что у зверька выделяется порфирин, можно начать лечение. Для этого недуга необходима комплексная терапия.

Для начала необходимо обеспечить питомцу покой, устранить все раздражающие факторы и причины стресса. Не разговаривайте очень громко, исключите громкие звуки. Посмотрите, в каких условиях живет ваш питомец: где стоит клетка с грызуном, нет ли рядом раздражителей.

Жилище грызуна должно располагаться в спокойном месте, вдалеке от обогревателей и радиаторов, а также клетка не должна находиться вблизи источника яркого освещения. Внутри клетки наведите порядок, чтобы питомцу было сухо и комфортно, уберите раздражители.

При создании комфорта для вашего любимца не переусердствуйте с вниманием, не тревожьте его часто. Животному нужен покой, ваша чрезмерная активность создаст стресс для питомца. В период лечения не занимайте его тренировками и дрессировками, зверьку нужен полный покой. Пока занятия стоит отложить, а как только питомец поправится, вы обязательно продолжите с ним заниматься.

После обеспечения покоя для крысы обратите свое внимание на ее физическое состояние. Проверьте, нет ли у животного ран. Возможно, есть царапины или порезы, они могут служить причиной обильного выделения порфирина. Ну и, конечно, лучше показать крысу ветеринарному врачу, чтобы он точно определил, есть ли заболевание и по какой причине происходит обильное выделение красного вещества.

Обратите внимание на то, чем питается ваш питомец, добавьте в его рацион больше полезных продуктов и витаминов, уберите нежелательные продукты. Также у зверька в свободном доступе всегда должна быть чистая свежая вода. Чем именно кормить грызуна, вы можете почитать на специализированных ветеринарных сайтах, форумах, где специалисты дают советы по правильному содержанию крыс и уходу за ними.

Как только вы устраните причину появления порфирина, все придет в норму. Но лучше не допускать его появления и должным образом следить за своим питомцем. Порфирин в малых количествах – это норма. Но это вещество может быть и признаком серьезного заболевания животного.

Следите за своим питомцем, его поведением, настроением, аппетитом. Если зверек ведет себя не как всегда, покажите его ветеринару. Животному окажут помощь и пропишут курс лечения.

В чем я мастер — так это разговаривать без умолку о хомяках. Имею дома троих хомяков, а у супруга ручная крыса. Так и живем, кушаем вшестером, спим вшестером:)

Источник

Порфирины и причины их образования

Порфирины и причины их образования

Высокоуправляемый путь превращения гема состоит из восьми фермент-опосредованных реакций, которые начинаются и заканчиваются в митохондриях, при этом промежуточные реакции осуществляются в цитозоле. Когда порфириногены «построены», они легко окисляются в порфирины, которые, в свою очередь, появляются в моче.

Такие токсические вещества как тяжелые металлы и органические ксенобиотики связываются с одним или несколькими ферментами с целью производства специфических паттернов повышения уровня порфиринов в моче. Окисленные порфирины, накапливающиеся в организме, становятся дополнительными токсинами, которые накапливаются в тканях и вызывают их распад.

Уропорфириноген 1 продуцируется в реакции, не опосредуемой ферментами, что ведет к инактивации побочных продуктов обмена копропорфирина 1.

Читайте также:  Как избавится от аскарид человека

Некоторые токсические вещества (в частности, мышьяк) замедляют метаболизм уропорфириногена 3, становясь причиной изменения уровня копропорфириногена 1, повышая, в свою очередь, соотношение копропорфириноген1/копропорфириноген3. Уровень порфиринов в моче повышается, когда клеточный путь синтеза гема блокирован вследствие воздействия природных или техногенных токсикантов, а также при наличии генетических заболеваний, влияющих на образование ферментов, опосредующих путь превращения порфирина.

Следствием отравления токсическими веществами могут явиться:

· Множественная гиперчувствительность по отношению к химикатам

· Расстройства в сферах поведения и обучения

· Синдром хронической усталости

Порфирии, могущие быть наследственными или приобретенными, часто диагносцируются с помощью информации о распределении профилей отдельных промежуточных порфиринов в моче. Порфирины особенно хорошо подходят в качестве биомаркеров по двум причинам. Во-первых, цикл превращения порфиринов высокоактивен, поэтому любые его нарушения способны вызвать значительное накопление уровня промежуточных продуктов их обмена. Во-вторых, ферменты, опосредующие цикл превращения и образования порфиринов, широко представлены в тканях человеческого организма и некоторые из них высокочувствительны к наличию в тканях токсических компонентов.

Хроническое повышение содержания порфиринов является причиной дегенерации тканей, обусловленной их (порфиринов) вторичным токсическим действием. Тем не менее, многие условия, при которых возможно серьезное повышение концентрации порфиринов, не всегда могут быть с ассоциированы именно с порфириновой токсичностью. Симптомы, связанные с указанными условиями, у разных пациентов крайне вариабельны.

Порфирия, вызванная постоянным воздействием ртути, может явиться фактором развития аутизма, а порфирия, связанная с приемом алкоголя, может внести свой вклад в развитие персистирующей тошноты после его употребления.

Изменения синтеза порфиринов, не обусловленные наследственными или токсическими нарушениями их обмена, представляют собой приспособительные реакции. Подобные реакции, связанные с приемом алкоголя и других веществ, не могут приводить к значимым последствиям. Тем не менее, такие нарушения часто провоцируют развитие биохимических или клинических проявлений генетических порфирий, протекающих до данного момента латентно. Однажды начавшись, симптомы могут существовать длительное время, в особенности, если яд не обнаружен и нет выведен из организма.

Возникновение большогочисла токсических порфирий обусловлено влиянием факторов внешней среды. Благодаря фунгицидному действию, гексахлорбензол использовался во многих турецких провинциях для обработки пшеницы до 1956 года, когда были выявлены тысячи случаев кожной фотосенсибилизации и порфиринурии, связанные с его влиянием. Многие из этих случаев, вероятно, связаны со вторичным латентным генетическим ферментным полиморфизмом. Множество средовых факторов, так же, как и факторов питания, могут явиться причиной развития дополнительных клинических проявлений. Например, гексахлорбензол-индуцированная порфирия усиливается под действием эстрогенов и ослабляется под действием витамина С. Действие эстрогена повышает чувствительность женского организма к порфириям.

Алюминий подавляет некоторые ферменты, используемые для синтеза гема, и способствует возникновению порфирии у пациентов, находящихся на хроническом гемодиализе; их организм «перегружен» алюминием. Симптомы свинцовой интоксикации схожи с таковыми при острой перемежающейся порфирии и включают в себя: боль в животе, запор, рвоту. Тем не менее, анемия, часто находимая при свинцовом отравлении, может отсутствовать, если доза полученного свинца была невелика; при этом по значительному высвобождению промежуточных продуктов обмена порфиринов, обусловленному действием токсина, обнаруживается порфирия.

Квинтильные пределы дают возможность системной оценки и одновременно значимый повод для беспокойства. На основании амбулаторных исследований в общей популяции, здоровье 80% людей нашего подвергающегося действию токсинов общества лучше по сравнению с пациентами, имеющими квинтильный предел выше 5-го значения. Большинство экологов также согласны с мнением, определяющим значения квинтиля выше 5-го как высокий риск развития нежелательных реакций вследствие токсического воздействия.

1. Leikin JB, Davis A, Klodd DA, et al. Selected topics related to occupational exposures. Part

IV. Occupational liver disease. Dis Mon. 2000;46(4):295-310.

2. Woods J. The association between genetic polymorphisms of coproporphyrinogen oxidase and an atypical porphyrinogenic response to mercury exposure in humans. Toxicol Appl Pharmacol. 2005;206(2):113-120.

3. Doss MO, Kuhnel A, Gross U. Alcohol and porphyrin metabolism. Alcohol Alcohol. 2000;35(2):109-125.

4. Doss MO. Porphyrinurias and occupational disease. In: Silbergeld E FB, ed. Mechanisms of chemical-induced porphyrinopathies; 1987:204-218.

5. Daniell WE, Stockbridge HL, Labbe RF, et al. Environmental chemical exposures and disturbances of heme synthesis. Environ Health

Perspect. 1997;105 (Suppl 1):37-53.

6. Nataf R, Skorupka C, Amet L, et al. Porphyrinuria in childhood autistic disorder: implications for environmental toxicity. Toxicol Appl

7. Fowler BA. Porphyrinurias induced by mercury and other metals. Toxicol Sci. 2001;61(2):197-198.

8. Selden AI, Florerus Y, Bodin LS, et al. Porphyrin status in an aluminum foundry workers exposed to hexachlorobenzene and octachlorostyrene. Arch Environ Health. 1999,54(4):248-253

9. Anderson CD, Rossi E. Garcia-Webb P. Porphyrin studies in chronic renal failure patients on maintenanace hemodyalsis. Photodermatol. 1987;4(1);14-22.

Источник

Сложности диагностики и лечения порфирийной полинейропатии (разбор клинического случая)

Рассмотрена классификация порфирий, описана клиническая картина заболевания, даны подходы к диагностике и сложности лечения (единственным патогенетическим методом лечения являются препараты гема). Приведено подробное описание клинического случая.

Porfirius classification is examined, the clinical picture of disease is described, approaches to diagnostics and complexity of the treatment (only pathogenetic method of treatment they are the preparations of hem) are given. The detailed description of the clinical case is given.

Порфирии — это группа наследственных заболеваний, обусловленных нарушениями синтеза гема с повышением содержания промежуточных продуктов порфиринов в крови и тканях.

Гем является небелковой частью сложных белков гемпротеидов. По биохимическим функциям гемпротеиды делятся на неферментные (гемоглобин, находящийся в эритроцитах крови и клетках костного мозга, около 83%; миоглобин скелетных мышц и сердца, около 17%) и ферментные (цитохромы, каталаза, пероксидаза и др., менее 1%). Биологическая ценность гема состоит в том, что большинству белков, принимающих участие в обмене веществ, гем необходим в качестве простетической группы. Гем играет ключевую роль в связывании и транспортировке кислорода белками (гемоглобин, миоглобин). Гем, содержащийся в ферментах, принимает участие в процессах кумуляции энергии и окислительно-восстановительных процессах в клетках (цитохромы переносят электроны и входят в состав дыхательной цепи митохондрий и цепи микросом, цитохром Р-450 выполняет многочисленные функции, включая детоксикацию в печени; каталазы и пероксидазы участвуют в разложении пероксида водорода).

Характерной особенностью гемпротеидов является обмен небелковой части этих сложных белков. Биосинтез гема проходит восемь этапов; исход­ными веществами в синтезе служат глицин и сукцинил-КоА. В дальнейшем гем комплексируется с глобином с образованием гемоглобина или миоглобина. При синтезе других гемпротеидов гем соединяется с характерной белковой частью цитохромов и других гемсодержащих ферментов. Если белка недостаточно, чтобы связать образовавшийся гем, то происходит окисление гема с кислородом в гемин (комплекс протопорфирана IX с Fe 3+ ), который угнетает первую реакцию синтеза порфиринов.

Ферменты, участвующие в биосинтезе гема, имеются в костном мозге, ядросодержащих эритроцитах, печени, а также в почках и слизистой кишечника. В связи с чем порфирии подразделяются на эритропоэтические и печеночные в зависимости от ткани, где происходит преимущественное нарушение метаболизма порфиринов.

Классификация порфирий

1. Печеночные формы порфирий:

  • порфирия, обусловленная дефицитом дегидратазы дельта-амино­левулиновой кислоты;
  • острая перемежающаяся порфирия (ОПП);
  • наследственная копропорфирия;
  • вариегатная порфирия;
  • поздняя кожная порфирия.

2. Эритропоэтические формы порфирий:

  • врожденная эритропоэтическая порфирия;
  • эритропоэтическая протопорфирия.

ОПП самая частая форма порфирий, распространенность в европейских странах составляет 7–12 случаев на 100 000 населения, и, как правило, она наиболее тяжело клинически протекает. У 80% носителей патологического гена ни разу в жизни не возникает каких-либо клинических проявлений (латентная, субклиническая порфирия). Лишь у 20% носителей патологического гена в течение жизни возникают клинически явные приступы ОПП.

Приступы могут спровоцировать: прием лекарственных веществ (в 70% случаев ОПП, перечень лекарств постоянно увеличивается), эндогенные колебания гормонального фона (менструация, беременность), инфекции, оперативные вмешательства, алкоголь, мышьяк, свинец, гипокалорийная низкоуглеводная диета.

Читайте также:  Как избавиться от гнезд шмелей

Течение приступа ОПП вариабельно. Общая продолжительность приступа колеблется от нескольких дней до нескольких месяцев. Полиневропатия обычно развивается остро или подостро. В большинстве случаев симптоматика достигает максимального развития в течение 1–4 недель, но иногда фаза прогрессирования продолжается до 2–3 месяцев. Прогрессирование происходит непрерывно или ступенеобразно.

Клиническая картина

Первый приступ обычно развивается в возрасте от 15 до 35 лет (значительно реже у детей или лиц старше 50 лет). У женщин клинические проявления возникают примерно в 1,5–2 раза чаще, чем у мужчин. В типичных случаях приступ ОПП начинается с вегетативных симптомов, к ним присоединяются психические расстройства, а затем преимущественно моторная полиневропатия, но процесс может остановиться на любой из этих стадий.

Первым симптомом приступа почти во всех случаях бывает боль в животе. Отмечаются также боли в пояснице и конечностях, которые часто не укладываются в определенные зоны иннервации. Характер и локализация болей варьируют, но иногда бывают столь сильными, что это служит поводом для диагностики почечной колики, острого живота или кишечной непроходимости и проведения лапаротомии. Ошибочной диагностике острого живота может способствовать и часто наблюдающаяся тахикардия. Синусовая тахикардия (до 120–160 уд. в минуту) наблюдается в среднем в 60% случаев и почти во всех тяжелых случаях. У 15–20% больных отмечается субфебрилитет, однако выраженная гипертермия не характерна и, скорее, указывает на развитие интеркуррентной инфекции или абсцесса. Операция, особенно под барбитуровым наркозом, может приводить к быстрому развитию тяжелой полиневропатии.

В 60% случаев отмечается повышение артериального давления (АД) и иногда бывает весьма значительным, приводя к острой гипертонической энцефалопатии. Иногда возникают пароксизмальные нарушения сердечного ритма, которые могут сопровождаться коллаптоидными состояниями.

Те или иные психические расстройства (тревога, депрессия, гипоманиакальное состояние, нарушение сна и другие) развиваются во время приступа у подавляющего большинства больных ОПП. В тяжелых случаях развиваются делирий и угнетение сознания. Иногда психические расстройства бывают единственными или доминирующими проявлениями приступа ОПП. Зачастую на раннем этапе многим больным с порфирией ошибочно ставят диагноз истерии, маниакально-депрессивного психоза, шизофрении, деменции.

У 5% больных развиваются генерализованные судорожные припадки, которые обычно служат неблагоприятным прогностическим признаком. Их причиной, помимо предполагаемого нейротоксического действия предшественников порфиринов, могут быть острая гипертоническая энцефалопатия или гипонатриемия, обусловленная синдромом неадекватной секреции антидиуретического гормона (АДГ). Гипонатриемия возникает во время более трети приступов ОПП. В отдельных случаях наблюдаются мигренеподобные головные боли, преходящие нарушения зрения по типу гемианопсии или корковой слепоты.

Ярким, часто встречающимся маркером острых печеночных порфирий является выделение разных оттенков красной или бурой мочи (порфирины — органические пигменты, имеющие в кислых растворах ярко-пурпурный, а в щелочных — красно-коричневый цвет).

Но наиболее опасные осложнения порфирии связаны с полинейропатией, которая развивается в 10–60% приступов, часто через 2–4 дня после появления боли в животе или психических расстройств. Полинейропатия имеет преимущественно моторный характер — ее основным проявлением служит нарастающий вялый тетрапарез. Симптомы порфирийной полинейропатии отмечаются вариабельностью и динамичностью. В отличие от других аксональных полинейропатий, при порфирии первыми нередко вовлекаются не ноги, а руки (с развитием бибрахиального пареза), причем проксимальные отделы иногда страдают в большей степени, чем дистальные. В тяжелых случаях вовлекаются мышцы туловища, в том числе в 10% случаев — дыхательные мышцы. Поражение черепных нервов с развитием бульбарного синдрома, слабости мимических мышц, глазодвигательных нарушений также происходит лишь в тяжелых случаях и обычно на фоне выраженного вовлечения конечностей.

По мере прогрессирования полинейропатии симптомы раздражения вегетативной нервной системы сменяются симптомами выпадения: ортостатической гипотензией, фиксированным пульсом, ослаблением моторики желудочно-кишечного тракта, тенденцией к гипогидрозу (иногда с эпизодическим профузным потоотделением), затруднениями при моче­испускании.

На высоте симптомов в 10–30% случаев, протекающих с тяжелой полинейропатией, наступает летальный исход. Он более вероятен, если заболевание не было вовремя распознано и назначались порфириногенные препараты. Непосредственными причинами летального исхода бывают внезапная смерть, часто связанная с нарушением иннервации сердца и гиперкатехоламинемией, паралич дыхательных мышц или тяжелый бульбарный синдром.

У выживших восстановление начинается спустя 2–3 недели после того, как полинейропатия достигает максимума. Полное восстановление наблюдается часто, но может растянуться на несколько лет, в течение которых у больных сохраняются парезы кистей и стоп, вегетативная дисфункция. На фоне восстановления могут происходить рецидивы, часто более тяжелые, чем первый приступ.

Все клинические проявления приступа ОПП объясняются вовлечением вегетативной нервной системы, дисфункцией периферической или центральной нервной системы. Однако механизмы поражения нервной системы остаются неясными. Определенное значение в патогенезе имеют сосудистые и нейроэндокринные нарушения. Аминолевулиновая кислота и порфобилиноген обладают непосредственным тоногенным влиянием на сосудистую стенку и гладкую мускулатуру; а локальный спазм сосудов может приводить к ишемии и сегментарной демиелинизации в периферической и центральной нервной системе. Во время обострения происходит повышение содержания в крови катехоламинов, иногда до уровня, наблюдаемого при феохромоцитоме. ОПП — одна из частых причин синдрома неадекватной секреции АДГ, который связан с поражением гипоталамуса и приводит к гипонатриемии и гипоосмолярности плазмы и, вследствие этого, к выраженным общемозговым проявлениям (угнетению или помрачнению сознания, эпилептическим припадкам). Поражение нервной системы и других органов и тканей также связано с цитотоксическим воздействием избытка порфиринов и их предшественников. С кровью порфирины разносятся по всему организму и попадают в кожу. Там они при инсоляции взаимодействуют с фотонами (фотохимические реакции), передают поглощенную энергию молекулам кислорода с образованием свободных радикалов (в частности, супероксидного радикала) и вызывают фототоксическую реакцию.

Для подтверждения диагноза определяют концентрацию порфиринов в моче и плазме, активность ферментов, участвующих в синтезе гема. Окончательным этапом диагностики больных, особенно асимптомных носителей порфирии и в фазе ремиссии, является проведение ДНК-анализа.

Приводим подробное описание клинического случая

Больной Ф., 35 лет, поступил в неврологическое отделение областной клинической больницы № 2 16.10.00 по линии санитарной авиации в состоянии средней тяжести с жалобами на слабость в руках и ногах, нарушение ходьбы, общую слабость, повышение температуры тела до 37,6 °С, изменение голоса, нарушение дыхания, затрудненное мочеиспускание, снижение веса. При неврологическом осмотре: больной в ясном сознании, адекватен, ориентирован во времени и пространстве, черепно-мозговые нервы — зрачки d = s, фотореакция и конвергенция сохранены с двух сторон, глазодвижения в полном объеме, диплопии и нистагма нет, лицо симметрично, мимика не нарушена, дисфония, дисфагия, глоточные рефлексы с мягкого неба отсутствуют, с задней стенки глотки — снижены d = s, язык по средней линии, артикуляция речи четкая, дыхание с участием вспомогательной мускулатуры, мышечная сила снижена в верхних конечностях до 1,5 баллов в проксимальных отделах, до 4 баллов — в кисти, в нижних конечностях до 1 балла в проксимальных отделах, до 4,5 баллов — в стопах, гипотония и гипотрофия верхних и нижних конечностей, сухожильные рефлексы с верхних конечностей отсутствуют с двух сторон, коленные отсутствуют с двух сторон, ахилловы живые d = s, чувствительных расстройств нет, в позе Ромберга не стоит и координаторные пробы выполняет с дискоординацией из-за тетрапареза. Пальпация паравертебральных точек безболезненна, симптомы натяжения отрицательные. Тазовые функции — затрудненное мочеиспускание. Походка — не передвигается из-за тетрапареза. Больной резко астенизирован, беспокоит чувство постоянной тревоги, нарушения сна. Дермографизм бледно-розовый, выраженная вегетативная лабильность — гипергидроз, нестабильность АД 100/60–150/100 мм рт. ст., пульс 120–130 уд. в мин, синкопальные состояния при перемене положения тела из горизонтального в вертикальное, субфебрильная температура 37,6–37,2 °С. Кожные покровы чистые. Пальпация живота слегка болезненна. Из анамнеза выяснено: с 21 по 22 сентября отмечалось переохлаждение (промок под дождем, однако находился на боевом посту, покинуть который не мог в течение суток), 22 сентября появилось повышение температуры тела до 39 °С, боль острая в области живота. Лечился самостоятельно — парацетамол, анальгетики, без эффекта. По данным представленной выписки 26.09.00 г. госпитализирован в терапевтическое отделение Центральной городской больницы г. Донецка с подозрением на язву 12?перстной кишки; в связи с отсутствием эффекта от терапии и ухудшением состояния больного 29.09.00 г. направлен в госпиталь МВД. В дороге при транспортировке состояние резко ухудшилось, развился генерализованный судорожный приступ с прикусом языка, упусканием мочи. Госпитализирован по скорой помощи в ближайший стационар в хирургическое отделение с диагнозом: синдром Мелори–Вейса. 01.10.00 г. на фоне сохраняющейся температуры тела 37,7–37,9 °С появилась петехиальная сыпь, переведен в инфекционное отделение, созван консилиум, однако диагноз не выставлен. 04.10.00 г. появилось неадекватное поведение, консультирован психиатром (мнение о диагнозе в представленной выписке не указано); 06.10.00 г. — на фоне проводимой терапии состояние больного резко ухудшилось, усугубились расстройства сознания. Общий анализ крови: гемогобин — 62 г/л, эритроциты — 1,9 × 10 12 /л, лейкоциты — 12,4 × 10 9 /л, палочкоядерные — 12, сегментоядерные — 63, лимфоциты — 15, моноциты — 10, СОЭ — 28 мм/ч, тромбоциты — 227,7 × 10 9 /л, токсическая зернистость нейтрофилов. Состояние расценено как желудочно-кишечное кровотечение, и в связи с тяжестью состояния больной переведен в отделение анестезиологии-реанимации с диагнозом: синдром Мелори–Вейса; выполнена фиброгастродуоденоскопия — признаков острого желудочно-кишечного кровотечения не выявлено. Созван повторный консилиум, консультирован по санавиации — диагноз не ясен. Выполнена спиральная компьютерная томография головного мозга 06.10.00 — признаки внутричерепной ликворной гипертензии. По данным представленной выписки выполнено УЗИ внутренних органов, сердца, исключен миокардит, переведен в терапевтическое отделение; где неоднократно отмечались приступы кратковременной потери сознания без судорог при перемене положения тела из горизонтального в вертикальное. 14.10.00 г. — появились слабость в конечностях, тазовые нарушения, осмотрен неврологом, консультирован по санавиации неврологом, высказано мнение в пользу острой вторичной моторной полинейропатии, рекомендовано выполнение люмбальной пункции. 14.10.00 г. выполнена люмбальная пункция — ликвор вытекал под нормальным давлением, прозрачный, белок 0,33%0, цитоз 3 клетки в 1 мм 3 , глюкоза 4,4 ммоль/л, реакция Панди «+». 16.10.00 г. госпитализирован по санавиации в неврологическое отделение ОКБ № 2. В отделении в течение суток выполнены общий и биохимический анализы крови, общий анализ мочи, коагулограмма, иммунограмма — отклонений от нормы не выявлено, ЭКГ, УЗИ сердца, органов брюшной полости, почек, мочевого пузыря, простаты, рентгенограмма органов грудной клетки, фиброгастродуоденоскопия — патологии не выявлено. Цвет мочи при поступлении был светло-желтый, на этапах обследования и лечения также не отмечено изменения цвета мочи, хотя при детальной беседе родственники указали на покраснение мочи в дебюте заболевания. С учетом вышеизложенного 16.10.00 г. выставлен диагноз: острая перемежающая порфирия, порфирийная полинейропатия, выраженный вялый тетрапарез, бульбарный синдром, тазовые нарушения. Были исключены порфириногенные препараты. С целью протекции и восстановления функции периферических нервов, а также клеток головного мозга (о вовлечении которых в процесс указывали наличие психических расстройств и судорожного эпиприступа в дебюте заболевания) назначена нейрометаболическая терапия (Актовегин® по 10 мл внутривенно струйно 2 раза в сутки, Цераксон® 1000 мг/сут внутривенно капельно) с контролем объема инфузионной терапии и уровня натрия в крови.

Читайте также:  Как называется крыса которая плавает

Лечение больных порфирией представляет определенные сложности. Специфическую, патогенетическую, терапию провести невозможно ввиду отсутствия препаратов гема в России, а от введения 40% глюкозы до 1000 мл/сут отказывались врачи-реаниматологи из-за незнания подобной методики лечения и отсутствия опыта. Нейрометаболическая терапия проводилась крайне осторожно и была очень ограничена ввиду большого количества порфириногенных препаратов из числа лекарственных средств, применяемых в каждодневной практике врача. По данным ВОЗ список порфириногенных препаратов ежегодно пополняется. Препараты Актовегин® и Цераксон® одни из немногочисленных лекарственных средств, не входящих в список порфириногенных, и обладают высоким цитопротективным, мембраностабилизирующим и антигипоксантными свойствами по отношению к клеткам как центральной, так и периферической нервной системы. А как уже указывалось выше, все клинические проявления приступа ОПП объясняются дисфункцией периферической (полинейропатия) или центральной нервной системы (острая гипертоническая энцефалопатия). С учетом высокого риска развития у этих больных таких грозных осложнений, как пароксизмальные нарушения сердечного ритма и судорожные эпиприступы, особое значение имеет отсутствие подобных противопоказаний у препаратов Актовегин® и Цераксон®.

Общее состояние больного стабилизировалось, но подтвердить диагноз лабораторно не удавалось в связи с отсутствием методики исследования в г. Ростове-на-Дону. 22.10.00 г., несмотря на положительную неврологическую динамику на фоне неспецифической терапии (Актовегин®, Цераксон®) и энтерального приема глюкозы, отмечалось покраснение мочи. Выполнено исследование мочи (cito) — эритроциты не выявлены, что явилось косвенным подтверждением наличия в моче порфиринов или их промежуточных продуктов метаболизма, приведших к окраске мочи в красный цвет. 29.10.00 г., при непосредственном участии родственников больного, удалось организовать исследование мочи в Гематологическом научном центре РАМН: содержание общих порфиринов 0,31 мг/л (норма до 0,15 мг/л), порфобилиногенов 60,5 мг/л (норма 0–2,0 мг/л), дельта-аминолевулиновой кислоты 21,7 мг/л (норма 0,1–4,5 мг/л).

10.11.00 г. больной переведен в гематологическое отделение Областной клинической больницы № 1 с положительной динамикой — уменьшилась выраженность тетрапареза (мышечная сила в проксимальных отделах рук 2,5–3 балла, в кистях — 4 балла, в проксимальных отделах ног 3–3,5 балла, в стопах — 5 баллов, сухожильные рефлексы с верхних конечностей отсутствуют, появились коленные рефлексы d = s, ахилловы живые с двух сторон), регрессировали тазовые нарушения, дисфония, дыхание самостоятельное адекватное, без участия вспомогательной мускулатуры, уменьшилась дисфагия, вегетативная лабильность (АД 120/80 мм рт. ст., пульс 100 уд. в мин, синкопальных состояний не отмечалось, нормализовалась температура тела), больной самостоятельно передвигается в пределах палаты, сохраняется астенизация. После проведения лечения Нормосангом в дозе 3 мг/кг внутривенно капельно в течение трех дней состояние больного значительно улучшилось, к концу декабря 2010 г. неврологический дефицит практически полностью регрессировал.

Сложности диагностики и лечения данного заболевания состоят в следующем:

  • больные изначально попадают в хирургические или другие непрофильные отделения, в зависимости от преобладания тех или иных симптомов, где специалисты не знакомы с данной патологией, а симптоматическое лечение порфириногенными лекарственными препаратами (в особенности наркоз с барбитуратами, нестероидные противовоспалительные средства, анальгетики, антибиотики и т. д.) приводит к резкому ухудшению состояния больных с развитием нарушений сознания, тяжелой полинейропатии с бульбарными и дыхательными нарушениями, летальному исходу;
  • многие лаборатории, даже в крупных межрегиональных клиниках, не владеют методикой и специальными реактивами для определения порфиринов в моче, хотя это исследование является скрининг-тестом;
  • единственным патогенетическим методом лечения являются препараты гема, которые отсутствуют в России (не лицензированы), а большие дозы глюкозы (20–40% до 1000 мл или 400–600 г глюкозы/сутки) не всегда эффективны (не говоря о возможных осложнениях и соблюдении необходимых условий введения).

Литература

  1. Строев Б. А. Биологическая химия. М.: «Высшая школа», 1986. 479 с.
  2. Шмидт Р., Тевс Г. Физиология человека. М.: «Мир», 2005. Т. 2. 314 с.
  3. Пустовойт Я. С., Пивник А. В., Карлова И. В. Клиника, диагностика и лечение порфирий. Пособие для врачей. М.: «Агат-Мед», 2003. 67 с.
  4. Карлова И. В., Пустовойт Я. С., Пивник А. В. Порфириновый обмен у больных острой перемежающейся порфирией на разных стадиях течения заболевания // Гематология и трансфузиология. 2004; 49, № 2: 21–26.
  5. Левин О. С. Полинейропатии. М.: «МИА», 2005. 496 с.
  6. Цементис С. А. Дифференциальная диагностика в неврологии и нейрохирургии. М.: «ГЭОТАР-Медиа», 2005. 368 с.
  7. Пустовойт Я. С., Пивник А. В., Карлова И. В. Клинические проявления и диагностика острых порфирий // Терапевтический архив. 1999. № 7: 76–80.
  8. Бутров А. В., Борисов Б. А., Мариос Ц. Интенсивная терапия острой порфирии // Вестник интенсивной терапии. 1995. № 2: 49–52 с.

А. К. Григорян

ГБУ РО ОКБ № 2, Ростов-на-Дону

Источник