Cell Biology.ru
Справочник
- Обзоров: 126
- Биографии: 12
- Записей в дневниках: 13
- Новостей: 16
Поведение диких крыс
Социальные отношения и система спаривания
Дикие крысы живут в колониях. Самки образуют небольшие группы (до шести животных). Одна группа имеет одну собственную систему нор (подробнее о норах ниже). У каждой самки есть отдельная гнездовая камера, и они могут растить своих крысят одиночно или заботиться об общих детенышах всей группой. Вскоре после перехода на самостоятельное питание молодые самцы уходят из колонии.
Система отношений самцов и система спаривания крыс изменяется в зависимости от плотности населения колонии. При низкой плотности крыса-самец монополизирует нору самок. Он защищает территорию от других самцов и спаривается только с самками своей группы. Такая форма половых отношений, когда один самец спаривается с несколькими представителями противоположного пола, носит название полигиния (разновидность полигамии).
При высокой плотности населения (более одной крысы на пяти кв. метрах) самец-хозяин уже не в состоянии защитить собственную
территорию от других самцов (потому что их становится слишком много). Это вызывает появление системы иерархии, т.е. один самец становится социально доминирующим, в то время как другие становятся социально зависимыми. Самцы больше не защищают свои норы и почти не враждуют между собой из-за самок. Вместо этого, когда у самки появляется течка, с ней спариваются несколько самцов. Самцы спариваются с несколькими самками (полигиния), самки спариваются с несколькими самцами (полиандрия). Вследствие этого в одном помете могут появиться полуродные братья и сестры, однако, тех крысят, чьим отцом будет являеться доминантный самец, все же родится больше. Такое беспорядочное спаривание особей с разными партнерами называется промискуитет.
Итак, при низкой плотности населения самцы серых крыс территориальны и полигамны; при высокой плотности отношения между особями внутри группы регулируются системой социальной иерархии, система спаривания типа промискуитет.
Агонистическое поведение
Иерархические отношения между половозрелыми самцами в колонии устанавливаются в результате их борьбы за доминирующее положение, которая может иметь вид драки с нанесением физических повреждений или оканчиваться очень быстро. Однако, после того как эти отношения уже установлены, частота и выраженность конфликтов становится незначительной. Доминантом, как правило, становится более крупный самец. Что же касается иерархических отношений между подчиненными особями, то они до сих пор не ясны. Известно, что крысы обоих полов с низким социальным статусом живут в среднем меньше, чем крысы с более высоким рангом. Причина – социальный стресс*, который испытывают первые. Не будем забывать, что и без этого до своего первого дня рождения доживает лишь 5% диких крыс.
Чаще агонистическое поведение можно наблюдать у самцов, достигших шестимесячного возраста. Надо также заметить, что агрессивные столкновения у декоративных крыс, живущих в клетках, длятся дольше, чем у диких, а также у вторых
отсутствуют некоторые виды агонистического поведения (например, переворачивание на спину), которые можно наблюдать у домашних крыс.
Иерархия
В колонии подчиняющиеся самцы используют две стратегии в их отношении с доминирующим самцом: одни (омега-самцы) избегают самца-доминанта, другие (бета-самцы) стремятся постоянно быть рядом с ним.
Когда омега-самцы встречаются с доминирующим самцом, они вызывают у него агрессию. Такие самцы в естественных условиях, как правило, уходят из колонии. Однако, если убрать из колонии главного самца, новым доминантом зачастую становится именно омега-самец. Бета-самцы в такой ситуации становятся полностью покорными новой доминирующей крысе, та, в свою очередь, не возражает против их присутствия.
Таким образом, обе стратегии имеют свои плюсы и минусы. Беты живут в относительном мире с доминирующим самцом и имеют больший доступ к пище и самкам. Кто-то из омег, с другой стороны, может при случае стать новым альфа-самцом (доминантом).
Выбор крысой одной из стратегий зависит от ее психофизиологических характеристик*.
Пояснение: доминирующим может называться такое животное, которое способно действовать (при половом, агрессивном, пищевом и другом поведении), не считаясь с действиями своих партнеров. Соответственно, подчиненное животное – то, чьи действия вызываются, модифицируются, ограничиваются или подавляются действиями партнеров.
Аллогруминг
Аллогруминг – чистка меха одной особи другой особью. Взаимные чистки широко распространены у млекопитающих, ведущих семейно-групповой образ жизни, в том числе и у крыс. Аллогруминг играет важную роль в поддержании системы социальных связей в группе, в подавлении агрессивных тенденций. Аллогруминг оказывает умиротворяющее воздействие на партнера, вызывая ощущение удовольствия. Одна особь чистит мех у другой особи в тех местах, до которых та не может достать своей мордочкой при автогруминге; аллогруминг также играет роль в создании общего
«запаха колонии». Самки большинства видов млекопитающих вылизывают и чистят мех у детенышей (у моногамных видов или факультативно моногамных видов (джунгарский хомячок) это проделывает и самец). У крыс и других грызунов с семейно-групповым образом жизни (например, монгольская и большая песчанки) существуют особые позы «подставления под чистку», когда соподчиненная особь ищет тактильного контакта с доминантом.
Метки
Учеными обнаружено, что в моче крыс содержатся не только продукты обмена веществ, но целый ряд компонентов – феромонов, которые у крыс служат сигналами, определяющими положение и состояние индивидуума. Поэтому животные оставляют в пределах своего участка обитания капельки мочи (метки), чтобы обозначить пределы своей территории, а также с целью привлечения половых партнеров.
Легко заметить, когда крыса метится: она прижимает заднюю часть тела к «земле» и идет заметно медленнее, чем обычно. Под светом ультрафиолетовой лампы (см. ratmania.narod.ru/ultra.html)
отчетливо видны даже старые метки (стоит отметить, что крысы могут видеть часть лучей ультрафиолетового спектра света).
Подчиненные особи и самки метятся относительно редко и не сильно. Однако, в ночь перед течкой самка, чтобы заявить о своей готовности к спариванию, начинает помечать предметы чаще, чем обычно.
Такие мочевые метки — не единственный вид обонятельной коммуникации у крыс. Иногда крысы трутся о вертикальные поверхности (например, о стену) или о край входа в нору, чтобы оставить на них секреты специфических желез, расположенных на боках их тела. Самцы делают это чаще, чем самки (также крысы чаще трутся о поверхности, если чувствуют запах других крыс).
Вопрос, как крысы узнают, что можно есть, а что нельзя, хорошо изучен. Крысы всеядны, т.е. они могут есть почти все. Такая способность есть что угодно делает крыс очень гибкими в плане приспосабливаемости. Вследствие этого их среды обитания могут быть очень разнообразными. Поскольку
крысы едят не какой-либо определенный вид корма, они должны уметь различать полезную пищу от вредной и опасной. Как же молодые крысы различают хорошую пищу от опасной?
Удивительно, но даже эмбрионы узнают, что съела вынашивающая их самка, и в будущем предпочитают есть те корма, которые она употребляла во время беременности. Далее, когда крысята уже родились, через молоко матери они получают информации о том, чем она питалась. Перейдя на самостоятельное питание, они будут уверенно есть ту же пищу.
Подросшие крысята, встречая незнакомый вид корма, следят, едят ли его взрослые крысы колонии. Если пища помечена взрослой крысой, значит, ее можно есть не опасаясь.
Немалую роль в выборе пищи играет и жизненный опыт. Крыса сначала пробует небольшой кусочек от неизвестной пищи, и если после этого она почувствует себя плохо, то больше она ее есть не будет.
Следует также отметить, что крысы обладают хорошо развитыми чувствами обоняния и вкуса, поэтому нередко они определяют,
опасна ли пища, даже не попробовав или не проглотив ее.
А что если крыса все-таки съела ядовитую пищу?
Крысы не способны отрыгивать съеденную пищу. Вместо этого, почувствовав тошноту, они ищут и поедают такие вещества, как глину, грязь, а иногда и подстилку гнезда. Эти вещества нейтрализуют токсины, которые и вызывают тошноту.
Неспособность крыс отрыгивать пищу не является примитивной чертой их организации. Все предки грызунов, вплоть до рыб, обладали такой способностью.
Значение капрофагии за время перехода крысенка на твердые корма
В формировании способности крысенка к перевариванию твердых кормов большое значение имеет поедание экскрементов матери, привлекательность которых для него резко повышается с двухнедельного возраста.
Оказывается, через 14 дней после родов у самки начинается секреция специального феромона, вызывающего у детенышей соответствующую реакцию. Максимальную реакцию проявляют детеныши 21-дневного возраста, у 27-дневных крысят реакция
резко ослабевает (у самки прекращается секреция феромона).
Как объем, так и состав фекальных масс самки, когда крысята достигают двухнедельного возраста, сильно изменяются. Вес фекальных масс в этот период в 2 – 3 раза превышает таковой девственных самок. Соответственно увеличивается и потребление ими кормов. В фекалиях резко повышается содержание летучих компонентов, они светлее обычных, сильнее пахнут и менее структурированы.
Оказывается, увеличение уровня пролактина в крови самки приводит к постепенному увеличению концентрации этого гормона в печени, а это, в свою очередь, приводит к увеличению синтеза печенью основной желчной – холиевой кислоты. В слепой кишке крыс под воздействием определенных бактерий из холиевой кислоты синтезируется вторичная желчная – деоксихолиевая кислота. Потребность в ней и заставляет крысят поедать экскременты матери, а привлекает их феромон-содержащий компонент фекалий – производное диоксихолиевой кислоты.
Вплоть до 28-дневного возраста крысят уровень секреции деоксихолиевой кислоты у них значительно ниже, чем у взрослых крыс.
Потребность в деоксихолиевой кислоте может объясняться по крайней мере двумя основными причинами. Первая — повышение иммунозащиты у крысят, вторая – миелинизация мозга.
Кроме того, можно предположить, что фекалии матери обогащены и кишечной микрофлорой, специфичной для предпочитаемых ею кормов, т.е. капрофагия также способствует физиологической пищевой специализации крысят.
В природе дикие крысы живут в норах. Крысиная нора может представлять собой гнездовую камеру, соединенную с поверхностью земли коротким туннелем (в самом простом случае), или довольно сложную систему туннелей, проходов и камер.
Размер и структура норы зависит от размера и структуры колонии, использующей эту нору в качестве убежища. Если число особей в колонии вследствие каких-либо причин резко падает, то оставшиеся крысы уже не в состоянии ухаживать за всей норой,
ее состояние сильно ухудшается.
Вход в нору обычно располагается в защищенном или невидимом для хищников месте. Крысы могут закрывать вход пробкой из травы или земли. Средний диаметр туннеля составляет 8.3 см, средняя длина прямого туннеля – около 30 см (в конце туннель поворачивает в другую сторону, раздваивается или оканчивается тупиком или камерой). Камеры сильно варьируют в размерах. Средняя камера размером 18 на 22 см может вместить 7 крыс. Бывают очень маленькие камеры, способные вместить только трех крыс, или очень большие – в них могут находиться сразу 11 крыс.
Вне норы крысы предпочитают перемещаться по определенным системам троп – это позволяет им быстро сориентироваться в случае опасности и спрятаться в норе или другом убежище.
Источник
Ген всевластия. Крысиное сообщество и социальные роли
Дидье Дезор, исследователь лаборатории биологического поведения университета Нанси (Франция), с целью изучения плавательных способностей крыс, поместил в одну клетку шесть зверьков. Единственный выход из клетки вел в бассейн, который необходимо было переплыть, чтобы добраться до кормушки с пищей.
В ходе эксперимента выяснилось, что крысы не плыли вместе на поиски пищи. Все происходило так, как будто они распределили между собой социальные роли: были два эксплуататора, которые вообще никогда не плавали, два эксплуатируемых пловца, один независимый пловец и один не плавающий козел отпущения.
Процесс потребления пищи происходил следующим образом. Две эксплуатируемые крысы ныряли в воду за пищей. По возвращении в клетку два эксплуататора их били до тех пор, пока те не отдавали свою еду.
Лишь когда эксплуататоры насыщались, эксплуатируемые имели право доесть остатки пищи. Давайте посмотрим, что было дальше …
В лабораторных условиях крысы мужского пола в возрасте 60 дней помещались в клетку по 6 особей с выходом на бассейн. В другом конце бассейна находилась кормушка, пищу из которой необходимо было принести в клетку, чтобы съесть. Дистанцию около 1 метра крысе нужно было проплыть под водой. В ознакомительный период (2 дня) в бассейне не было воды, в последующие 7 дней она постепенно прибывала. Сравнивались крысы пород Long-Evans (LE) и Wistar (WI).
Крысы разделились на тех особей, кто приносил пищу (28 из 58 или 48,3 % для породы WI, 27 из 53 или 50,9 % из породы LE) и тех, кто этого не делал, но отбирал пищу у приносящих ее особей.
Крысы-эксплуататоры сами никогда не плавали. Чтобы наесться досыта, они ограничивались тем, что постоянно давали взбучку пловцам. Автоном (независимый) был довольно сильным пловцом, чтобы самому достать пищу и, не отдав ее эксплуататорам, самому же и съесть. Наконец, козел отпущения, которого били все, боялся плавать и не мог устрашать эксплуататоров, поэтому доедал крошки, оставшиеся после остальных крыс.
То же разделение — два эксплуататора, два эксплуатируемых, один автоном, один козел отпущения — вновь проявилось в двадцати клетках, где эксперимент был повторен.
Чтобы лучше понять механизм крысиной иерархии, Дидье Дезор поместил шесть эксплуататоров вместе. Крысы дрались всю ночь. Наутро были распределены те же социальные роли: автоном, два эксплуататора, два эксплуатируемых, козел отпущения.
Такой же результат исследователь получил, поочередно поместив в одной клетке шесть эксплуатируемых крыс, затем шесть автономов и шесть козлов отпущения. При помещении в клетку по 6 особей одного поведения (только «эксплуататоров» или только «работников») распределение крыс по социальным группам восстанавливалось: среди «работников» появлялись «эксплуататоры» и наоборот.
В результате выяснилось: каков бы ни был предыдущий социальный статус индивидуумов, они всегда, в конце концов, распределяют между собой новые социальные роли.
Опыт был продолжен в большой клетке, куда посадили 200 особей. Крысы дрались всю ночь. Утром трех крыс, с которых содрали шкуру, нашли распятыми на сетке. Мораль: чем больше в крысином стаде численность населения, тем больше крысиная элита проявляет жестокости по отношению к эксплуатируемым и козлам отпущения.
В то же время проявились некоторые отличия: в большой клетке крысы – эксплуататоры создали иерархию своих заместителей, чтобы с их помощью навязывать свою власть другим крысам и даже не утруждать себя непосредственно террором эксплуатируемых крыс и козлов отпущения.
Исследователи университета Нанси продолжили эксперимент, исследуя мозг подопытных крыс. Они пришли к неожиданному на первый взгляд выводу, что наибольший стресс испытывали не козлы отпущения или эксплуатируемые крысы, а как раз наоборот — крысы – эксплуататоры.
Несомненно, эксплуататоры очень боялись потерять свой статус привилегированных особей в крысином стаде и очень не хотели, чтобы однажды их самих вынудили работать.
Бернард Вербер в книге «Мы, боги» сообщает, что в более крупных популяциях (200 особей) крысы выстраивали иерархию из заместителей и жестоко расправлялись с «несогласными», но при этом исследования мозга показали, что «эксплуататоры» страдали от повышенного стресса
Источник