Меню

Возрождение рода шоссе виктор крыс

Возрождение рода Шосе

Начало и конец дня на графике считаются по московскому времени (UTC +03:00)

Сортировать по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Ушел за третьей книгой

Насчёт послесловия — есть узкое место, это слова автора, которые он вплетает в предложения и появляется текст, рассказ. Т.е. я вижу за словами интересную историю, но слова, подача текста портят впечатление. Складывается ощущение, что это гугл-перевод с японского или типо того, немного подректрованный

Так так так, еще и у Чихеро списываешь, автор?

Так так так, автор значит списываешь произведение у Тэймей?

Всмысле успокойся? Берешь и убиваешь одного за столом. Какого хрена они позволяют себе такое? У ГГ вообще пусто в голове? Ему лезут в голову против воли, против законов гостепреимства, вообще по&@ую?

что происходит, с какого перепуга у ГГ появилась мысль, что Яхо его? Они спали? Весело общались? Вообще общались? Он её игнорил, что произошло? Почему автор повсюду сову на глобус натягивает, дает инфу постфактум.

Добрый день есть вопрос… почему у остальных книг нет возможности скачать их и читать вне сайта….

Доброй ночи. Поддерживаю вопрос.

да ГГ прогрессирует в обратную сторону(тупеет). я так понял это типа сила есть, ума не надо.

Дык да, способность физика увеличивается, интеллект уходит)) Нормально, мне все эти многоходовочки от гг нафиг не нужны.

В принципе мне вторая книга понравилась, хотя тупость главного героя иногда зашкаливает. Автору больше спасибо за труд!

Здравствуйте, есть ли возможность скачать или в приложении включить озвучку? Читаю (точнее слушаю) в дороге. Дороги длинные. История прикольная, но возможности читать с сайта нет.

Слушать можно только с приложения АТ, у меня прямо сейчас нормально работала. Хотя качество озвучки конечно не самое-самое, робот, что сказать.

Какого фига я немогу купить книгу че за дичь исправте и откроите скачку не у всех есть возможность постоянно находится в интернете мы книгу покупаем а скачать не можем за че мы тогда платим

Не нашел я в этой книге сильного героя. Воин-афганец, по легенде, ложечкой мозг главе каравана выедает, как красотка мастеру, который ее авто чинит. Что за сопли, 2 главы назад договорились — учи, нет надо до каждого урока докопаться. Вот блин обиделся боец, что в атаке его гранату (песика) использовали. Такое впечатление, вторую книгу другой автор пашет. Сдался, не могу больше читать.

а то, что в первой книге 4-хлетний ребенок пьет, курит и даже в сумерках шарится по-городу в поисках тех, кто ему сигареты купит? Я просто обалдел. Почему тогда в бордель с дедом сразу не сходили? Так что автор один и тот же.

Оставлю пару слов о произведении. Книга весьма неплоха, сюжет развивается достаточно быстро, но без спешки. Есть отдельные моменты, которые можно оспорить, но атмосферу книги они не портят, а в остальном — ну, видимо мы с автором мыслим по-разному или уровень наших знаний в некоторых областях различается. Хотя именно смысловых ляпов практически не нашел, что очень порадовало.

Но не только о хорошем. Теперь перейду к тому, над чем стоило бы поработать. А работать на мой взгляд стоит с средством выражения, то есть языком. Первая книга написана более грамотно с точки зрения орфографии и пунктуации. Прошу обратить несколько больше внимания на склонения существительных и спряжения глаголов — иногда окончание хромает. В редких случаях теряется связь подлежащее-сказуемое. Помимо этого радует, что вы не боитесь использовать причастные и деепричастные обороты, но прошу быть внимательнее — иногда чтобы они были уместны, необходимо менять структуру предложения. Не всегда за ними успевает пунктуация. Так же внимание к запятым в сложных предложениях — иногда слова из другой части не разделяются запятой, а иногда запятая стоит не по месту.

Закончу на хорошей ноте — в целом ошибки есть, но не только из них текст) По сравнению с другими авторами грамотная речь, хорошо построено и что самое главное достаточно просто, чтобы читать, не напрягаясь, лишь ради отдыха. И есть чем захватить. Развивайте свой талант дальше, удачи

Источник

Читать онлайн Возрождение рода Шосе бесплатно

Виктор Крыс
Возрождение рода Шосе

Глава 1

В маленькой комнатке с небольшим окном я как обычно сидел на кровати и читал на ночь перед сном своей дочери, которая полностью укуталась в одеяле, откуда торчал только её носик:

— Сила трения действует в касательной плоскости к поверхностям соприкасающихся тел и при движении направлена против относительного скольжения тела. — Либо я чертовски стар и ничего не понимаю, либо этот чертенок, прикинувшийся Эми, надо мной издевается. Как может ЭТО нравиться в ее возрасте?

— Эми, солнышко, а давай перед сном я почитаю тебе какую-нибудь другую книжку? Я буквально вчера купил замечательную сказку, про семью веселых свинок.

— Не люблю грустные истории, — из-под одеяла выглянул чертенок, нахмурив бровки. — Читай про трение, мне это интересней.

— Подожди, почему ты сразу решила, что сказка про свинок будет грустной? — Спросил я Эми.

— Всех свинок рано или поздно ждет нож мясника, свинка будет жить, радовать меня своими историями, а я её завтра съем. — Грустно сказала Эми, поплотнее укутавшись в одеяло. — Грустную историю обреченной на смерть свинки не хочу, читай про трение.

— Статический коэффициент трения зависит от материала соприкасающихся тел и их физического состояния влажности, температуры, степени загрязнения, а также от качества обработки. — Я сдался и продолжил читать учебник по физике. Через час чтения крошка все-таки уснула и я, пытаясь не издавать шума, вышел из её маленькой комнатки, которую она очень любила и постоянно украшала своими рисунками. Я тихо прошел в комнату, что была еще меньше чем спальня Эми, зажег свечу и стал заполнять свой дневник — впервые со дня невосполнимой потери я начал писать дневник.

В то утро два месяца назад я из последних сил смог добраться до порта. Купив одежду, чтобы скрыть свои раны, и смыв грязь и запекшуюся кровь с лица я вместе с Эми направился в банк, где еще с моего рождения был открыт счет, на который мне постоянно поступали деньги как одному из изобретателей оружия семьи Шосе. Мое имя стояло в патенте наравне с мамой. В банке, узнав, с какого счета и кто пришел снять деньги, моментально вызвали управляющего. Я тогда очень нервничал и пистолет, сжимаемый в кармане, уже был снят с предохранителя, я был в ужасном состоянии и прекрасно понимал, что даже бой с охраной банка я могу не выиграть. Управляющий с понимающей улыбкой посмотрел на мои солнцезащитные очки и выразил глубокое сожалению о том, что мои счета, как и все счета рода Шосе, временно заморожены. После этого он ненадолго замолчал, а я начал подумывать об ограблении банка. Мне очень нужны были деньги и прямо сейчас, так как только я усну, уверен, как боец я не буду стоить ровно ничего. Управляющий после недолгого молчания попросил подождать пару минут пока он узнает, может ли банк выдать мне заем, и когда я уже вытащил пистолет, решив, что пора перейти к активным действиям, на столе зазвонил телефон. Управляющий взял трубку и расплылся в

Банк выдал мне бессрочный и беспроцентный «займ», который, как я понял, вообще можно не возвращать, главное никому не говорить, откуда у меня появились деньги. Размер займа я выбрал сам, также я попросил, чтобы выданная сумма была в разных валютах, а часть денег я взял небольшими слитками драгметаллов и горстью разнообразных драгоценных необработанных камней. Сумма была огромной, но управляющий быстро выдал мне все, что я запросил, попросив только расписаться в договоре о займе. Что я и сделал, толком не поняв, что написано в договоре, так как видел окружающий мир через внутреннее зрение, через которое невозможно читать. Но, как заверил управляющий, это было подтверждение о получении «займа» для отчета.

Выйдя из банка с внушительной по весу сумкой, я и Эми направились на набережную прогуляться, а именно подобрать корабль, на котором мы и убудем из Империи. По пути мы закупились запасной одеждой и едой. Я не собирался никому облегчать поиски, я уже понял, что меня объявили в розыск, но искать как следует никто не собирается, более того, помогают побыстрее убыть из Империи. Кланы, которые наверняка попытаются уничтожить последних Шосе, больно щелкнувших по носу и показавших что кланы уже не могут творить что хотят, еще не успели напасть на мой след, или скорее всего им не дали так быстро начать охоту за мной. Мой выбор упал на огромный сухогруз, как мне поведал один из моряков на пристани, ночью он убывает в Федерацию Гатсен. Корабль и путь его следования меня полностью устраивали, вот только тайной мое присутствие для команды корабля точно не будет. Я не хотел, чтобы Эми сидела со мной в каком-нибудь контейнере и ходила по нужде в угол, как это было в той деревне, откуда я забрал эту крошку. Ночь прошла для меня не без последствий, повреждённый нерв начал давать сбои и порой у меня неожиданно переставала двигаться рука, вестибулярный аппарат периодически давал сбой и меня начинало качать как при шторме, а иногда я хватался за какой-либо предмет, силясь устоять на ногах. Постоянная ноющая боль во всем теле просто изводила до безумия, и мне было очень сложно после всего случившегося не сорваться. Но самое главное, я чувствовал, что могу просто выключиться от той перегрузки, что была последствием постоянного использования внутреннего зрения, да и потеря зрения тоже была последствием чрезмерного использования силы психокинетики. С трудом дождавшись темноты я перебрался вместе с Эми на корабль и вскрыв один из контейнеров залез в него и стал ждать. Когда сухогруз отплывет подальше от берега я схожу и обрадую капитана что у него появились пассажиры, которым требуется каюта и о которых не стоит кому-либо знать.

По прошествии пару часов, когда корабль отчалил и прошёл таможенный контроль, я пошел знакомится с командой. Мое появление на капитанской рубке оказалось неожиданностью, но моряки — это не овцы на убой, моря здесь неспокойны и вооружение у команды — это не только дань традиции, но и необходимость. Разоружение команды произошло безболезненно для меня, но не для них, резкими и быстрыми движениями я вырубил четырех матросов. Старпома я просто взял за шиворот и швырнул в стену рубки, а капитана вырубать не стал — ну, пара ударов для понимания кто теперь главный на корабле не считаются. Капитан выслушав меня начал извергать такие проклятия на владеющих, у которых все не как у людей, что мне стало даже как-то стыдно за то, что измордовал половину корабля. Все оказалось проще, чем я думал: капитан, как и вся команда, занимается мелкой контрабандой, и если к ним обращаются владеющие то они, взяв немаленькую плату готовы предоставить каюту и полную анонимность. Дело в том, что каждый второй владеющий пытается показать свое превосходство, что, по словам капитана, вовсе не требуется — какой дурак захочет собирать по палубе свои кишки в случае недовольства владеющего неисполнением обязательств? Когда команда очухалась мне с Эми выделили каюту, где я заблокировав дверь каюты и покормив малышку смог хоть немного расслабиться и даже не успев лечь провалился в сон.

Последующая неделя была мукой для меня, все смешалось — боль о потере любимой матери и родной сестры, да и тело после всех испытаний в ту проклятую ночь сходило с ума. Глаза болели так, словно их выжгли каленым металлом, постоянно скручивающие тело судороги сменялись полным параличом всего тела, кошмары, мучившие во время сна, заставили меня бояться засыпать. Не единожды меня навещали мысли закончить свою жизнь, хватит мучиться, хочется покоя, было невыносимо вспоминать о своих погибших родных. Все напоминало мне о них, даже еда ассоциировалось с бэнто, которое готовила мне мама. Вспоминалось, как каждый вечер она заботливо спрашивала, что я хочу на ужин, теперь я не мог есть. А мысли о Эйко, которая ждала так любимого ею ребенка, просто разрывали мою душу, та девочка, что постоянно ехидничала и сыпала насмешками, преобразилась в прекрасную девушку, которая так и не познала счастье материнства. Я умирал, умирала и душа и тело. Не было во мне желания жить, не для чего и не для кого — месть я совершил, а Эми… Она так и не стала мне родной, не чувствовал я к ней того тепла, что чувствовал к Каори. Несмотря на то, какие у нас с ней были проблемы, я любил её, я понимал, как маме было сложно полюбить меня, и если бы я тогда не пошел к ней навстречу она бы просто уснула и умерла, утонув в той бездне тоски и отчаяния, в которую теперь погружался и я.

Они приходили за мной во сне, они не кричали, не обвиняли, а просто молча смотрели на меня. Я сам винил себя во всем, я ведь мог тогда пойти на разведку и предотвратить то нападение. Если бы я был сильнее и не проиграл Амайе они были бы живы, я не дал бы случиться тому, что случилось. Во сне я молил их не о прощении, я молил их забрать меня с собой, ибо нечего мне делать здесь, не для кого жить. Моё сердце начало все реже и реже биться, я погружался в бездну, каждый удар сердца звучал как прощальный удар колокола, тело уже сдалось и под напором души начало затухать.

— Не уходи, не оставляй меня одну. — Легким, практически неощутимым ветерком в мой сон ворвались слова, несущие в себе страх одиночества и тихий плач, в котором чувствовалась обреченность. — Я не хочу на цепь, пожалуйста, вернись, не оставляй меня, прошу.

Тихий голос плачущего ребенка не давал мне погрузиться в бездну, как бы я не любил маму и сестру я не мог обречь невинного ребенка на смерть, а без меня она умрет или опять будет сидеть на цепи. Голос Эми постепенно смог вырвать меня из сна, я с трудом повернул голову и в лунном свете увидел, как она стояла около моей кровати, сжимая своими

детскими ручонками мою руку, и постоянно просила не покидать её. В лунном свете, который безжалостно резал мне вновь видящие глаза, она была так беззащитная, я видел, как на её лице отражался ужас быть покинутой. Она боялась не того что я умру, нет, она боялась остаться одной и той цепи, которой её опять прикуют к стене. Она боялась, что никогда не будет свободной. Я был не в силах ответить ей, моё горло не подчинялось мне, мне даже дышать было трудно, а Эми держа меня за руку постоянно говорила. Она рассказывала, как ей снится цепь, как каждое утро, просыпаясь, она первым делом проверяет что на её шее нет ошейника. Как кроха скучает по доброй Каори, которая баловала её пирожками, как ей нравилось выбирать и мерять разные платья под радостный смех. Она знает, что они ушли и больше не вернутся, она знает, как это тяжело когда тебя покидают. Она молила меня не покидать её, ведь я тот, кто дал ей новую жизнь, и если я её покину все вернется, и та цепь опять будет для нее единственным другом, с которым можно будет поиграть.

Не в силах и дальше быть в сознании я опять провалился в сон. Это был простой сон и я больше не мучился хоть и не получил новую цель в жизни, да и боль от потери не утихла. Когда ты нужен кому-то так просто уходить значит наплевать на него, а я точно знаю, моя мать и сестра без боя не сдались и всеми силами старались выжить не только для себя. Так просто умерев без боя и оставив Эми я оскорблю память о них. Тело, почувствовав возрождающееся желание жить, начало бешеным темпом восстанавливать повреждения, и урчащий от голода желудок заставил меня проснуться. Погладив спящую рядом со мной Эми я полез в сумку в поисках еды. С этого дня я начал своё восстановление как духовное, так и физическое.

Оставшиеся дни до прибытия в Федерацию Гатсен я решил посвятить Эми и восстановительным тренировкам. Я не боялся показать команде что слаб, моих сил как физика хватит чтобы справиться с ними не задумываясь даже о защите, всё-таки они не на военном корабле, а на простом сухогрузе. С силой психокинетики вышла оплошность, она перестала быть стабильной. Переход на внутреннее зрение просто оглушал меня тем количеством информации и дальностью видимости что причинял ужасную боль, заставляя скрючится на полу. Не сложно было догадаться что произошел качественный рывок в моей силе, но то что я использовал силу психокинетики той ночью не обращая внимания ни на боль, ни на переутомление, ни на перегрузку на пользу мне не пошло. Тогда я действовал на износ несмотря ни на какие последствия, и все это вылилось в то, что мне теперь сложно было как контролировать силу, так и вообще пользоваться ею из-за нестерпимой боли, которая просто разрывала мой мозг и скручивала спину в спираль. С силой физика тоже все было печально, я не стал слабей, но вот предел моих возможностей стал ощущаться иначе. Раньше потолок моих возможностей был как стена, которую сложно преодолеть и которая не даёт использовать силу на максимуме, теперь же это граница, которая слабо ощутима, но как только ты её пересечешь тебя наказывает болью и временным параличом. Как я предполагаю, одной из причин является повреждение позвоночника, а именно шеи, которая со временем восстановится, по крайней мере я на это надеялся.

Воспитание Эми было очень сложной задачей, весь оставшийся путь я учил её читать, писать и даже кушать. Она очень нервничала, когда её окружали незнакомые люди, и поэтому мы стали постоянно обедать и ужинать в компании команды корабля. Не знаю, что повлияло на отношение команды к нам, но они очень дружелюбно к нам относились, особенно команда полюбила Эми. Я разрешал крошке гулять и общаться с командой без моего присмотра, я, конечно, переговорил со всеми и рассказал часть её истории, и они с радостью согласились присматривать за ней. Сперва она стеснялась и побаивалась, но потом стала более общительной. Один из матросов непонятно откуда достал и подарил ей разноцветные мелки, ей даже выделили один из контейнеров и она могла часами рисовать на нем, кроха была счастлива. Перед сном она аккуратно складывала мелки в небольшой полиэтиленовый мешочек и прятала его под подушку, а днем и вовсе не расставалась с ним. Отличился и корабельный кок, он варил прекрасную шоколадную пасту, от которой Эми была без ума. Смотря на то, как она с наслаждением облизывала ложечку, я понимал как мало ребенку надо для счастья. Меня радовало, что её психика еще гибка и у нее не будет проблем с общением в будущем, да и мужики внесли свой вклад. Такой успех за короткий срок был только благодаря их пониманию и искреннему дружелюбию, которое они проявляли к маленькой девочке.

Когда я не занимался с Эми, то уделял время контролю силы психокинетики, пытаясь аккуратно, как в детстве, прикоснуться к ней и постепенно, без скачка, попытаться поднять небольшую монетку. Результаты тренировок были неутешительны — я не мог контролировать силу воздействия, монетка словно пуля срывалась с места и ударялась об стену контейнера, где я и тренировался. Один раз монетка даже пробила стенку, и я сперва порадовался, что моя сила так возросла, но когда я за весь день не смог обратиться к силе психокинетики и монетка осталась неподвижна, я понял что все будет не так просто. Ночью меня вновь накрыло болью, мышцы выкручивало, а из носа хлестала кровь. Бедная Эми страшно перепугалась, она теперь постоянно когда я засыпал перебиралась ко мне под бочек, где свернувшись калачиком мило посапывала носиком.

Чем ближе становился порт Федерации, тем беспокойней становилась команда судна, и когда меня попросили зайти к капитану я уже подозревал, что он мне скажет:

— Господин, вас ждут в порту, по рации передали, что какие-то наемники расспрашивают все команды кораблей, прибывшие из Империи за последнюю неделю. — Капитан постоянно поглаживал медальон на шее при разговоре. — Через час мы встретим рыболовецкое судно, промышляющее в этом районе, оно держит путь в направлении диких земель и, если вы пожелаете, я свяжусь с капитаном этого судна, после чего вы сможете покинуть борт моего корабля.

— Связывайтесь, через час я с Эми будем готовы к пересадке, спасибо вам, капитан. — Уже на выходе из каюты я задал ему вопрос, который сейчас меня беспокоил. — Капитан, почему вы нам помогаете? Ведь за информацию о нас вам наверняка заплатят неплохие деньги?

— Обещают огромные деньги, но я не могу так поступить, Эми похожа на моих дочерей, я никогда бы себе не простил, если бы по моей вине с ней что-нибудь случилось. — Капитан сжал в своей руке медальон.

— Господин, вы это, при малейшем признаке недопонимания с командой рыболовецкого судна приложите их так же как и нас при первой встречи, вам это поможет достичь быстрейшего взаимопонимания.

— Спасибо вам, капитан, еще раз. — Поблагодарил я его и пошел искать Эми. Я знал что она должна быть рядом со столовой, кок хотел ей показать как правильно надо готовить рыбу.

Еще на подходе к столовой до меня донесся звонкий голосок Эми и бархатный баритон кока:

— Но юная госпожа, пасту можно кушать только после обеда, и с хлебом, а не ложкой из банки, — спокойно и по-отечески заботливо наставлял мою кроху корабельный кок.

— А я хочу пасту! Сейчас! — Вот проказница, уже требует. Как же мне такое поведение напоминает сестру, мое сердце сжалось от воспоминаний о недавней потере.

— Но юная госпожа, есть много пасты вредно, — Эми перебила его не желая слушать наставления.

— Дай! Мне! Шоколадную пасту! — Приказным тоном сказала Эми, и что-то в столовой забрякало и начало падать.

Войдя в столовую я увидел как огромный кок со стеклянными глазами вырывает дверцу шкафчика, достает из него банку с шоколадной пастой и совершенно неестественными движениями идет к Эми, которая стоя ко мне спиной не видит как я смотрю на это представление и протягивает свои ручонки к банке с пастой.

— Эми. — Позвал я девочку, та от неожиданности вздрогнула, а кок покачнулся и уронил банку, напугав этим Эми. Под её плачь этот верзила в белом фартуке и с бешеными глазами понесся на меня, размахивая ножом для чистки рыбы.

Кок был так неуклюж, что нейтрализовать его не было проблемой, подножка и удар локтем в затылок на время его утихомирили. Испугавшаяся же Эми по своему обыкновению зажалась в углу и, как я понимал, ждала, когда я её начну бить. Сперва я хотел на нее накричать и даже отхлестать ремнем, но подумав решил действовать мягче. Все же ничего страшного не произошло, но что ни говори, а я так и остался немного иным несмотря на то, что прожил в этом мире уже больше десяти лет. В спецшколе я, можно сказать, дружил с несколькими владеющими манипуляторами. Я не искал связей, не завязывал нужных знакомств, мне просто было интересно общаться с этими интересными и очень умными людьми. Среди них была девушка из клана Дэйтсо, звали ее Рэйко. С ней я проводил очень много времени не только потому что у нее были большие, кхм… Так, эти воспоминания не к месту. Так вот, она очень четко ощущала эмоции и, можно сказать, читала мысли. Она распространяла эмоции и могла затуманивать мозг, заставляя думать того или иного человека в определенном направлении. На владеющих это действовало слабо, а вот на пустых Рэйко могла использовать эту силу на полную катушку. Когда она хотела они просто исходили слюной или разбегались в ужасе, только завидев её, впрочем, на меня её уловки не действовали, но вот мои эмоции она чувствовала очень чётко. Вариация гипноза была у всех манипуляторов на том или ином качественном уровне, но пользовались они им в определенных случаях. Вообще владеющим манипуляторам с детства прививали особый кодекс этики, но я знаю его только со слов Рэйко. Она понемногу рассказывала в перерывах от более интересных занятий о том, как надо воспитывать и развивать владеющего силой манипулятора. Первое, чему надо уделить внимание — это необходимость применения силы, а именно в каких случаях можно применять, а в каких нет. Также только входящим в силу молодым манипуляторам необходим объект, на котором им можно и нужно экспериментировать. Дело в том, что владеющим очень интересно использовать свою силу, в них просто свербит чувство повлиять на кого-либо или изменить кого-нибудь. Им кажется забавным играть с мыслями и чувствами людей. Дэйтсо свои первые эксперименты сравнивала с оргазмом. В спецшколу Рэйко попала за то, что не могла удовлетвориться своей игрушкой, молодым преступником, что был осужден за серию изнасилований. Она тайком выбиралась из дома и внушала прохожим разные мысли, от взаимной любви двум случайно встретившимся людям независимо от пола встретившихся, до мысли об убийстве или самоубийстве. А после она следовала за своими жертвами и наблюдала за тем как проходит эксперимент. Её задержали в чужом доме когда эксперимент был в самом разгаре, задержали ее из-за того что обеспокоенные странными звуками соседи вызвали полицейских. Члены семьи, что участвовала в эксперименте, думая, что они единственные выжившие на планете благодаря Рэйко жили в ускоренном темпе. За ночь они думали, что прожили целый месяц. В итоге сестра полюбила брата, отец любил сына, а тот, как и его мать воспылал пламенными чувствами к своей собаке, небольшому кобелю декоративной породы, который любил все и вся, что двигалось и не двигалось. Вот к чему мог привести детский ум. Пока что Эми ничего плохого не совершила, но с ней надо очень серьёзно переговорить на тему о том, когда и при каких случаях можно использовать свою силу. Также мне надо подыскать для неё учителя и объект для экспериментов, и это точно не будет человек, хоть я и знаю, что вмешательство в мозг человека и наблюдение за его поведением является более желанным для манипуляторов. Ничего, обойдется, куплю ей на рынке какого-нибудь хомячка, пусть возится, а вот причины таких воздействий надо узнать сейчас:

— Эми, ну и зачем ты влияешь на команду? Как ты объяснишь мне это? — Спросил я её, указав на лежащего кока. Кроха подняла на меня свой виноватый взгляд и шмыгая носом начала говорить.

— Сразу как ты уснул я почувствовала как все на корабле захотели то, что лежит у тебя в той сумке, откуда ты доставал бумажки. — Значит, пока я сам себя убивал, команда решала нашу судьбу, прикончить нас и выбросить в море. — Я почувствовала от них жалость ко мне, и я каждому из них, что проходили около нашей запертой каюты, старалась усилить это чувство ко мне и у меня получилось.

— А про кока что ты мне расскажешь? — Нахмурившись спросил я её, теперь то мне стало понятно причина того обожания, что проявляла команда к Эми.

— Я-я-я, я не хотела, паста такая вкусная, а он хорошо держал свои эмоции и не давал мне её часто. Я заставляла его дать мне пасту уже не в первый раз. — С дрожью в голосе сообщила мне кроха. — Эйко говорила, что мне нельзя влиять на людей и что скоро начнется мое обучение, и я боялась, что ты будешь меня бить за это, вот потому я и скрывала, а паста вкусная.

— Эми, влиять на людей можно далеко не всегда когда хочется, в данном случае ты молодец что повлияла на команду. — Глупо отрицать тот факт, что неизвестно что могло бы случиться. Я был не в том состоянии чтобы начать бой, но сейчас меня волновал еще один вопрос. — Эми, ты можешь влиять на меня?

Читайте также:  Помогите избавиться от навязчивых мыслей

— Не знаю. — Грустно ответила малышка. — Тогда в деревне не смогла, да я тогда и не могла так хорошо делать. А вот здесь ночью я почувствовала, что ты решил уйти, оставить меня одну. — У меня сперло дыхание, она говорила о той ночи, когда я умирал и чуть ли не сам отключал свои органы. — Я пыталась, я просила, и ты меня услышал.

— Я тебя услышал, ты еще пыталась на меня влиять? — Строго спросил я, от чего Эми еще сильней вжалась в угол и наклонила голову, ожидая кару от меня.

— Больше ни разу ты меня не слышал, я пробовала много раз по ночам, но у меня не получалось. Ты тоже разрешал есть пасту только после обеда и не давал мне её после ужина. — Виноватым голоском проговорила она. — Ну очень вкусная паста.

— Эми, больше от меня ничего не скрывай. Я запрещаю тебе влиять на кого-либо без моего разрешения. — Ну не бить же мне её, боюсь одним только ремнем не обойтись. Надо влиять на нее и формировать личность без рукоприкладства, да и вспоминая Дэйтсо, у которой было несколько шрамов, розги не очень-то помогают, а возможно даже наоборот, ухудшают поведение ребенка.

— А теперь пойдем, нам надо собираться. Скоро мы пересядем на другой корабль, и да, не беспокойся, я постараюсь чтобы твое обучение побыстрее началось, правда, я не представляю как найти тебе нормального учителя.

Взяв на руки малышку под заверения в вечной любви и преданности и того что запрет никогда не будет нарушен я пошел в каюту. Корабль рыбаков пришел точно в срок и, тепло попрощавшись с командой корабля, я перешел на другое судно. Меня грызли мысли что влияние Эми на команду может выйти нам боком, без постоянной подпитки эффект мог из-за неопытности пропасть и осознавшая себя команда, озлобившись из-за того что на них повлияли, может выдать нас тем, кто за нами охотится. Убивать их на глазах рыбаков я не хотел, и, узнав, что нам осталось плыть не более суток, решил не пополнять свой и без того длинный список убитых. На корабле я переговорил с капитаном и объяснив где лучше меня с Эми высадить начал перебирать свое вооружение, а с ним было все плохо. Пулемет я не стал брать с собой из-за громоздкости, поэтому взял только пистолет с возможностью вести автоматический огонь, около сорока патронов к нему и пару гранат. Так что по прибытию в город надо будет первым делом заняться вооружением и защитой. Я решил попробовать перебраться в дикие земли, где нас будет сложней всего отследить, да и те группы, что будут посланы за мной, столкнутся с недружелюбно настроенным местным населением, а я, уверен что, как уже раструбили СМИ, страшному преступнику, сбежавшему из Империи, в диких землях всегда будут рады. В дикие земли я решил двигаться не для того чтобы исполнить просьбу умирающего главы клана Хитаси, просто в диких землях мне с Эми будет безопасней. Хоть и кажется что дикие земли одно из самых опасных мест на планете, это и так и не так одновременно, скрыться здесь намного легче, чем на просторах моей родины, и не просто скрыться, а жить нормальной жизнью в одном из городов-государств. Да, законы у этих городов жестокие, но, как говорится, с волками жить по-волчьи выть. Я никогда не был в городах диких земель, но наслышан о них, с ними нет прямых авиалиний или мореходных путей, а есть караваны, которые собираются из торговцев и таких бродяг как я. Как ни горестно было осознавать, но я теперь бродяга, у которого нет дома. В Империю возвращаться я не намереваюсь, незачем, а насчет долга Императорской семье… Пусть та милашка засунет себе этот долг в свой милый ротик и несколько раз сглотнет.

Позаимствовав карту у капитана, я показал ему, где надо высадить на лодке меня с Эми на берег, на что он заявил, что ни в коем случае не приблизится к береговой линии, так как из-за близости к диким землям патрульный катер иногда чисто случайно открывает огонь по кораблям без предупреждения. Федерация, конечно, опровергает эти обвинения, но капитан был не приклонен и смог только продать мне лодку за символическую сумму, потому что голова ему дороже какого-то дырявого корыта. Однако мне все равно придется плыть на этой шлюпке с дряхлым мотором целых десять километров до берега, и желательно на веслах чтобы быть менее заметным, при этом очень быстро — сонар никто не отменял.

Достигнув берега нужно будет все так же на максимальной скорости и не оставляя лишних следов углубиться в территорию на две сотни километров, и вот только там можно передохнуть и найти подходящий караван, направляющийся в нужную мне сторону диких земель.

Рыболовецкое судно быстро добралось до пункта назначения и, встав на якорь, мы стали ожидать ночи. Эми очень волновалась, это был первый раз, когда она так близко у воды, и девочка панически боялась утонуть. Живя в пустыне она не могла научиться плавать и вообще у нее сформировалось особое отношение к воде, но она быстро успокоилась, получив от меня задание отслеживать эмоции моряков.

Мышцы на руках взбугрились от напряжения и лодка начала резво набирать ход, вода пенилась, а я все сильней ускорял ход посудины. Когда вдалеке начали виднеться очертания берега, мои худшие опасения оправдались, я услышал быстро приближающийся и усиливающийся шум двигателя быстроходного катера. Весла трещали, нос лодки словно торпеда рассекал волны, я разогнал лодку до скорости, когда она грозила перевернуться, а руки начали трещать и в нескольких местах стерлись, гребя веслами я уже шлифовал кровавое мясо на своих ладонях. Во тьме звездой засиял луч прожектора, пятно света стало бродить по воде, ища свою жертву, и этой жертвой были мы. Когда лодка уткнулась в берег, я сорвался с места, подхватывая на руки сумку с вещами и Эми, а за спиной раздался грохот палубной пушки: снаряды разрывали днище лодки. Я несся по берегу, не обращая внимания на боль, которая все силилась остановить и скрутить, я же лишь бежал быстрее, сзади летит смерть, и если я хоть чуть-чуть промедлю то всё, моя тушка станет кормом крабам.

В город мы вошли когда уже начало смеркаться, бедная малышка была совсем измотана, хоть и провела весь путь у меня на руках. Первым делом мне надо было связаться с преступным миром, так что Эми придется потерпеть. Все-таки этот мир отстает от нашего, в нашем темные личности лучше скрываются, об их наличии знают все и о них не знает никто, и когда становится ясно что некий гражданин сядет все так удивленно разводят руки: как же так, это же добросовестный работник, он ведь и мухи не обидит. Работник ножа и топора был пойман на легкую наживку и тяжеленькую сумку, в которой что-то приятно позвякивало, к тому же уже темнело, и это вынудило его напасть. Я никак не демонстрировал что я владеющий, более того я сам напрашивался на неприятности и вот как результат — трое в отключке, а один быстро лепечет сдавая все явки и пароли. Самое интересное, его заставила разговаривать не моя угроза, его до чертиков испугала Эми, с радостью заявив, что он будет её питомцем. Да, я виноват, пока бежал по лесам и полям я рассказал Эми о том, что ей для тренировки нужен питомец и ненароком обмолвился о том, что возможно это будет какой-нибудь преступник. Как результат Эми неконтролируемо внушила бандиту такой ужас, что через полчаса он отвел нас к торговцу оружием. Когда мы пришли я чуть не заржал в голос — вывеска так и гласила: скупка и продажа оружия, торговец торговал как легально, так и из-под полы. Также на мою удачу он выправлял документы, подделки были низкого качества, но мне и их хватало, Эми записали как мою дочь, коей, как в прошлом решил мой глава клана, она и являлась.

Хлам. После армейского вооружения и изделий матери все оружие, которое мне демонстрировал торговец, было хламом, ни на что не годным железом, но я смог подобрать себе хоть какое-то вооружение: старый потертый пулемёта, тысячу патронов к нему, пара десятков гранат, ну и, конечно же, оружие ближнего боя. Когда я его увидел, то сперва подумал что это две трубы сварили вместе, но при дальнейшем осмотре я понял что это дробовик, обрез монструозной двустволки куркового типа. Боги, какой он тяжёлый, жаль, что к нему не было патронов, как сказал торговец такой калибр невозможно удержать в руках, и он просто для красоты выставил этот обрез на витрину. Обрез мне понравился тем, что в упор он выдаст такую мощь, что может являться оружием последнего шанса. К моей радости торговец смог меня снабдить всем необходимым для изготовления патронов для обреза. Также я взял три бронежилета, семь плит к ним, а также весь кевлар, что был у торговца, и моток проволоки. Я и не надеялся, что смогу найти здесь нормальный бронекостюм, но ведь я могу и сам изготовить неудобную, но все-таки приемлемую защиту, да и часть кевлара пойдет на Эми, надо и ей придумать какую-то защиту. Взял еще пару ножей для контактного боя, они, правда, были немного легкими для меня, да и маловаты для моих целей, но, как говорится, за неимением лучшего и так сойдет.

Ночевать мы устроились в гостинице на окраине города, городок был небольшим и являлся для меня промежуточным пунктом на пути к городу, находящемся на границе диких земель. Надо было решить еще много проблем: купить нормальный джип, оборудовать его, и все это надо сделать не привлекая внимания сильных мира сего, ну а пока я маялся с дробовиком, чистил, смазывал, изготавливал боеприпасы и размещал их в патронташе, который для привыкания сразу же повесил на пояс. Я не боялся бандитов или того что торговец меня сдаст властям, местные уже поняли кто к ним заглянул на огонек и что может последовать за их опрометчивыми действиями.

Утром мы пошли на рынок, торговец оружием подсказал, где приобрести джип, который без проблем пересечет границу Федерации и диких земель. На самом входе Эми потянула меня в сторону лавок, где продавали разнообразных животных. Чертенок запомнил, что я обещал ей купить питомца. Но хомячки, кролики и даже красивые лисицы не интересовали малышку, я уже понял, чего она хочет — ей нужен был защитник. Собаки и даже какая-то помесь тигра также были забракованы, они, по мнению малышки, не внушали должный ужас. Но вот мы подошли к магазинчику, у его порога лежал огромный кобель, что лениво осматривал посетителей. Зайдя в магазин мы поняли что попали в нужное место: здесь было просто огромное количество бойцовых собак, как щенков, так и взрослых собак. Продавец, выслушав нас начал расхваливать собак, а Эми юркнула под прилавок и устремилась вглубь помещения, не предназначенного для покупателей. Я с продавцом последовали за несносной малышкой и вышли на задний двор, где передо мной предстала картина, от которой у меня снова похолодело в сердце: огромный пес, с множеством шрамов, оскалив свою морду, смотрел на Эми, а она словно не замечая его клыков, направленных на её тоненькую шею, пыталась расстегнуть ошейник, от которого шла толстая цепь. Продавец завизжал как недорезанный поросенок, а когда ошейник упал на землю, словно взлетел на крышу и оттуда начал кричать что мы конченые идиоты, что этот пес безумен и жив только потому, что от него очень хорошее потомство. Пес сидел и, почувствовав свободу, даже не кинулся разрывать на куски продавца, он с любопытством смотрел Эми в глаза, а она, держа его за морду, знакомилась с ним, рассказывая что она, как и он, была на цепи.

Зря я залез в интернет узнать о том, что творится в Империи, жуткое желание вернуться и начать отрывать головы чуть не поглотило меня, но посмотрев на Эми, веселившуюся с этой огромной злобной псиной, меня немного отпустило, пусть они будут там, а я начну новую жизнь вдали Империи.

Меня объявили в розыск и за мою голову назначили сумму, сопоставимую со стоимостью небольшого частного самолета, но выплата только за живого Шосе. Эми теперь тоже была в розыске, но как ребенок, принадлежащий Империи. Меня лишили прав опекунства как злобного маньяка и убийцу и уже несколько самых больших и известных кланов пожелали взять на себя сложную задачу перевоспитать бедное дитя, чью психику повредил страшный Шосе. Особенно ратовал за передачу профессор Трунгава и Иооу, они постоянно рассказывали журналистам, как род Шосе запугал их, и что бедной девочке нужна профессиональная помощь в их лице, ведь Шосе собирались вырастить из неё убийцу, к тому же совершенно неизвестно какие опыты я могу ставить на ней прямо сейчас.

Полностью разобрали завалы особняка рода Шосе и извлекли все тела, те, что смогли обнаружить и идентифицировать. Нашли и захоронили тело Горо, хоронили его на участке кладбища, что предназначено для безродных, на участке для предателей, показывая тем самым свое отношение к умершему. Тела Каори и Эйко не нашли, да и, как утверждают специалисты, многие тела попросту невозможно найти в том буйстве стихий, что сотворили безумные Шосе. Когда тел не было хоронили пустые урны, Чоррун лично вместе с Этсуко произвел захоронение на участке территории кладбища, предназначенном для рода Шосе, где выставил охрану чтобы никто не побеспокоил могилы. Также он и моя бабушка заявили, что, как только страсти поутихнут, они перезахоронят прах Горо рядом с Каори. СМИ же смаковали и крутили запись о том, как одному бойцы из охраны противно находиться около могилы проклятых Шосе. А недалеко от могилы матери неуверенно сжимая винтовку, с полностью седой головой стоял мой отец и по его щеке текла слеза, его руки дрожали, а журналист все комментировал, объясняя всем как тот ненавидит Шосе и как от злости у того дрожат руки. В последний раз, когда я видел отца, на его голове не было ни единого седого волоска, сердце опять предательски сжалось и я на время отложил планшет.

Времени прошло хоть и довольно много, но там такие страсти кипят, и все крутится вокруг небольшого рода Шосе. Этому роду припомнили все, и то, что я убил кукловода в семь лет, и ту бойню на кладбище и торговом центре. Телепередачи и газеты были уверены, что мой род — это убийцы во множестве поколений, а бедные и героические кланы Хитаси и Фатсен попали в ловушку больного рода, чьи люди с помощью таких же бандитов ночью, когда все сладко спали, вырезали бедные кланы Хитаси и Фатсен. То, что сотворили кланы, почти не осуждалось, а вот тот случай, когда Каори нейтрализовала и имела возможность уничтожить одна целый клан, смаковался с особой страстью. По этому поводу самые сильные и влиятельные кланы, так называемая «Золотая десятка», заявили, что независимым родам и маленьким кланам нельзя иметь сильных владеющих, это подрывает стабильность Империи. Императорская семья никак не отреагировала на произошедшие события, однако по всей Империи начались странные самоубийства и несчастные случаи, и все это как раз происходит в кланах «Золотой Десятки». И ничего особенно не было бы, сильные кланы всегда грызутся между собой, но масштаб был иного уровня, да и чистка чиновников была такой, что мне невольно на ум приходила аналогия сталинских репрессий. В Империя была чистка, она не освещалась в СМИ, но по косвенным признакам было понятно — позиция Императорской семьи усиливалась с каждой неделей, и вот совсем недавно министром внутренних дел был назначен человек из Императорской семьи, а не как обычно кто-то из кланов. Смотря на фотографию этой ехидной мордашки, я невольно ухмылялся. Милашка, как я и предполагал, оказалась принцессой Тэймэй, которая раньше долгое время не показывалась широкой общественности. Она являлась четырехталантным владеющим, но, как поговаривали в народе, она не могла справиться со своей силами. Силу распада, психокинетики, манипулятора и пустотника очень сложно контролировать, когда ты являешься вместилищем этих сил, и даны, которых она достигла, неизвестны и являются тайной за семью печатями. Став министром внутренних дел Тэймэй начала немедленно реформировать структуры Империи, и, как было видно невооруженным взглядом, усиливала вертикаль власти. Она действовала очень разумно и в то же время аккуратно, но вот пара трупиков некоторых чиновников, найденных в собственных кабинетах, показывали, что без крови её деятельность не обходилось. В газетах я также смог разузнать про судьбу Амайи, что сейчас находится в тюрьме и ждет суда. На следующее утро после того как были уничтожены кланы она наведалась к распорядителю испытаний и, как я понял, серьезно его покалечила. После этого Амайя наведалась к одному из представительств золотой десятки и разнесла здание вдребезги, количество жертв неизвестно, после чего она самолично прибыла в главное управление внутренних дел и сдалась. Её сперва направили в тюремный госпиталь, а потом перевели в особо охраняемую тюрьму для владеющих. Чихеро выжила и ее местоположение неизвестно, её изгнали из клана, как официально завил глава клана, её отец. Желтая пресса с удовольствием смаковала этот случай, так и не добравшись до истинных причин изгнания, о которых глава умолчал.

С покупкой машины все сразу не заладилось, не было в наличии военных моделей, подготовленных для бездорожья и которым не грозил перегрев в пустынной части диких земель. Все эти красивые автомобили, блестящие новомодным пластиком, имели один огромный минус: в случае выхода хотя бы одного узла из строя машина если не вставала мертвым грузом, то требовала срочного обслуживания в хорошей мастерской, которые в диких землях были только в городах, до которых надо было еще добраться. Остановил я свой выбор на стареньком микроавтобусе с полным приводом, который в случае чего можно было ремонтировать с помощью ломика и какой-то матери. Смотря на это чудо я невольно вспомнил прошлую жизнь, но микроавтобус надо было еще подготовить для эксплуатации в диких землях, и тут на удивление поступила помощь откуда не ждали. Нас навестил глава местного преступного мира, плюгавенький мафиози очень вежливо поинтересовался, не собираюсь ли я остаться в городе. Он прямо обрадовался, услышав, что я уезжаю и выделил мне двух автомехаников, с которыми я быстро обшил дополнительной защитой бока автомобиля, а также установил дополнительные баки и организовал удобные спальные места, даже этой мерзкой псине было выделено место.

Всего два дня подготовки и трат, сожравших десятую часть всех денег, и мы на машине двинулись в точку, откуда, как заверил меня главный бандит, вскорости отправится караван в один из ближайших городов диких земель. Машина двигалась бодро, а все документы были оформлены и давали надежду, что путь пройдет относительно спокойно, только вот эта псина не давала покоя.

— Ну скажи, как его назвать? — Пристала ко мне Эми.

— Это твоя собака, ты и называй ее как хочешь. Я-то тут при чем? — Я с Эми сразу договорился, что это ее собака и ухаживать за ней она будет сама. Правда тут случился курьез, стало непонятно, кто за кем ухаживает, псина постоянно следила за девочкой и охраняла её как своего щенка. Не знаю о чем они договорились в то утро, но, как заверил меня торговец, этот озлобленный на людей кобель вел себя примерно. Даже в гостинице он был как образцовый пес и вел себя тихо, вот только внешность его подкачала — каждый, кто его видел, содрогался от размеров собаки и её жутковатого вида.

— Ну, он хочет чтобы ты его назвал, и старое имя, Клык, ему не нравится. — Не отставала малышка, а сидевшая на полу псина насторожила уши, следя за нашим разговором.

— Ну, я же предлагал столько имен: Бобик, барбос, шарик, гроза, Рекс. Тебя же не устраивают эти имена. — Какой нафиг из этой машины убийства Бобик? Клык он и точка, я видел как он постоянно тренируется, а как по-другому назвать то, что он постоянно бегает наподобие челночного бега, и в прыжке ухватившись за свисающий трос на гостинице подтягивается и дергается, напрягая все группы мышц. Смотря на его поведение и на общение с ним Эми невольно задумаешься, что он не тупей большинства людей, хотя возможно это Эми что-то нахимичила, но она говорит, что просто разговаривает с ним и никак на него не влияет.

— Ну попробуй еще раз придумать, ну пожалуйста? Ты же всё-всё можешь. — На меня уставились два просящих взгляда, и кое-кто даже поскуливал.

— Короче. — Разворачиваюсь я к псу одновременно останавливая машину. — Ты теперь Песец, это такой добрый милый зверек, он очень красивый и все постоянно радуются, когда к ним неожиданно приходит этот самый Песец. Понял?

Боги, что тут началось, под радостный лай и визг меня попытались радостно облизать, но пес не дал Эми это сделать, за что я ему премного благодарен. Путь до места сбора прошел более-менее спокойно, подъезжая к лагерю я созвонился по телефону с организатором и нас встретили. Для организатора мы были темными лошадками, ведь на караваны постоянно нападали или брали с них мзду и нередко подсылали тех, кто шел вместе с караваном, а потом внезапно среди каравана начинал бой в то время как его товарищи добивали охрану. Нас встречала целая делегация из пяти мужчин и одной женщины, все они были вооружены и носили бронежилеты, и это на мирной территории.

— Я Карен, владеющий физик и глава охраны каравана. — Огромный негр начал разговор на языке Федерации Гатсен, который я знал довольно сносно.

— Дэйчиро, физик четвертого дана, прошу вас принять меня в караван и готов оплатить услуги. — Проговорил я. Девушка, словно сошедшая из арабских сказок, хмыкнула, и холодный ствол пистолета-пулемета Карена моментально уперся мне в грудь. Если бы я мог воспользоваться силой психокинетики то, возможно, смог бы успеть отреагировать.

— Покажи свою броню, Дэй-чи-ро. — Ехидно произнесла красавица, исказив свое личико в ядовитой улыбке. — Надеюсь, мои догадки верны.

Подойдя к микроавтобусу, я открыл заднюю дверь, где притаился Песец, готовый напасть. Я жестом успел его остановить и, отойдя вбок, продемонстрировал лежащий в атвомоболе свой убогий бронекостюм.

— Ты издеваешься, какой к черту четвертый дан?! Да пятидановый бы в этом хламе еле ходил! — Воскликнул негр, взяв в руки бронекостюм и без видимых усилий подняв его над землей одной рукой. Силен, сразу понятно что мне так не сделать, боль не даст.

— Дэйчи, а по какому праву ты добавил себе в таком возрасте приставку главы семьи — ро? — Практически пропела красавица. Сладок её голос, только вот, как я предполагаю, эта гадюка владеющая манипулятор и сейчас пытается воздействовать на меня на полную катушку. Только моя особенность не дает истечь слюной, и все же такого давления я никогда не ощущал.

— По праву главы семьи. Мы с дочерью являемся последними из представителей семьи. — Совершенно спокойно проговорил я, не нравилась мне эта бестия.

— Позови девочку. Интересный ты, глава, ищут тут одного имперца, да только это не наше дело, нам деньги каких-то кланов не нужны. — Проговорила девушка.

— Эми, выйди на секундочку, Песец, сидеть. — Сказал я, собрав всю волю в кулак, и активировал внутреннее зрение. Мне было очень больно, но я старался ни одним мускулом не выдать этого, я готов в любой момент начать бой.

Эми вышла из машины, без испуга посмотрела на всех стоявших у машины людей и, приветственно улыбнувшись, сказала:

— Здравствуйте, меня зовут Эми. — С улыбкой она сказала, а после улыбку сдуло с ее лица и совершенно серьезным хоть и детским голоском и, сверкая глазами, продолжила. — Не обижайте нас, а то многие обижали, но все умерли. Ну, почти все, может кто-то остался, но их было слишком много, также, папа?

— Так, малышка, слишком много их было, всех и не упомнишь, но заплатили очень многие, — твердым взглядом я посмотрел на негра и красавицу и решительно опустил руку на прикрепленный с боку обрез монструозного калибра. — Вы принимаете нас в караван? Или…

Настало напряжённое молчание, я внутренним зрением под оглушающую боль и постоянную пульсацию скорости восприятия следил за этими шестерыми, что могли сейчас стать врагами. В случае чего их нужно уничтожить моментально, что являлось очень нелегкой задачей.

— Принимаем. Я всегда рада усилить охрану, нападения и перестрелки практически каждую ходку случается. — Нарушила затянувшееся молчание красавица. — Но будет пара условий, которые мы обговорим с тобой лично.

— Буду рад помочь в случае нападения, так как безопасность и успешное завершение пути без потерь и в моих интересах. — Кивнул я на малышку.

— Тогда позволь представить всех присутствующих. — Выпятила девушка грудь, которую все равно не было видно из-за легкого бронежилета. Она показывала на каждого мужчину и говорила: — Хирби наш торговец, Тьёрок, заведующий техникой и запчастями для них, он осмотрит твою машину и примет решение, может она двигаться в караване или ты оставишь её здесь и поедешь в фуре одного из грузовиков. Суфра наш врач, к нему обращаться даже если натер мозоль, нам не нужны болезни, бойцы должны быть здоровы. Он же занимается ранами и определением того что вы здоровы и не можете быть носителями болезней, он же проверяет пищу, а питаемся мы с общего котла, отравления никому не нужны. Пока эти люди не проинспектирует тебя и твою машину с грузом тебе запрещено приближаться к каравану, тебе все понятно?

— Понял, ждать неподалеку разрешения присоединится к каравану. Что-то еще? — Спросил я её.

— Наедине переговорим, а вас, уважаемые господа, я больше не имею права задерживать.

Собравшиеся люди, кивнув, ушли также молча, только негр, глава охраны, ухмыльнулся и что-то пробурчал. Девушка наигранно вздохнула:

— Совершенно вылетело из головы, я забыла представиться. Глава каравана и владелица половины всего, что находится в караване кроме людей, я веду дела исключительно со свободными и зовут меня Яфа Шерен.

По моей шеи забегали мурашки ужаса, я впервые за долгое время встретил носителя такого же имени как у моего кошмара, который не раз заставлял просыпаться от ужаса. Я смог сдержать себя, но видно что-то промелькнуло в моих глазах что заставило насторожиться Яфу.

— И о чем ты хотела поговорить наедине? — Спросил я её, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Сколько ты хочешь за девочку? Только не ври, ты не её отец. — Холодно спросила она, а в моем сердце начала просыпаться злость.

— Она моя дочь, моя семья, и никакие деньги не могут сравниться даже с капелькой её слез. — На мои слова Яфа неожиданно облегченно вздохнула.

— Она была сосудом, у нее большая сила, что делает её очень хорошим сосудом. Ее у тебя отберут. Она слишком дорогая и тяжёлая ноша даже для двухталантного владеющего как ты. — Сказала она, поблескивая своими томными, черными как сама тьма глазами.

— Мне сказали, что она поврежденный сосуд с тенью, которую уничтожили, — сказал я ей, не зная чему верить.

— Так и было, я даже не погружаясь в е разум вижу что в ней была тень, но её виртуозно почистили и, как бы сказать, склеили её, вернув почти первоначальную цену. — Немного подумав, Яфа добавила.

— Девочка как манипулятор может вырасти в уникального владеющего и если манипулятор перенесет в ее тело своё сознание для многих это будет качественно иной уровень. Тем более что она совместима не только с родственниками…

— Я! Не отдам! ЕЁ! Никому! — Я уже направил на неё обрез. Я был в ярости, никто не посмеет отобрать у меня мою малышку. Неужели грёбанный профессор обманул меня?

— Идиот! — Воскликнула Яфа. — Успокойся, если малышку правильно научить делать специальные блоки, которые можно сделать только самому, она перестанет быть сосудом, станет просто бесполезной. И я клянусь тебе жизнью, если ты узнаешь, что я тебе солгала, можешь размазать мою голову дробью, как и тем, кто соврал тебе о малышке и хотел завладеть ей.

Читайте также:  Как избавится от запаха горелого масла

— Но ведь ты поможешь не по доброте душевной. Что ты хочешь от меня? — Спросил я, убирая дробовик обратно на пояс.

— С таким сосудом опасно передвигаться, я займусь её обучением немедленно и, надеюсь, она сможет понять основы за ночь. А насчет оплаты… — Голос Яфы изменился и она чуть ли не промурлыкала. — Ты провернешь для меня одно дело. И ты и я будем довольны, как я понимаю, Дэйчи Шосе, извиняюсь, Дэйчиро Шосе ищет новое родовое гнездо. Я помогу тебе в этом.

Глава 2

Ночь прошла сумбурно, так как я не смыкая глаз наблюдал за Эми и Яфой. Я не доверял этой восточной красавице, и дробовик был все время на взводе, чтобы если она хоть как-то повредит моей малышке размазать зарядом картечи это смазливое личико по стенке микроавтобуса, не взирая на последствия. Яфа тоже мне не доверяла, к микроавтобусу она подошла вместе со своими марионетки, тридцатью бронированными мужиками огромной комплекции с разнообразным оружием от пулеметов и противотанковых ружей до реактивных противотанковых гранат. Марионетки вели себя спокойно, и когда Яфа зашла в микроавтобус они тихо расселись вокруг автомобиля, изредка переговариваясь. Они не были похожи на обычных марионеток, которых я встречал раньше, у этих была свобода действий, да у них даже жены есть, про которых они рассказывали друг другу. Несколько из упомянутых жен принесли им поесть и я, смотря за этой идиллией, не понимал, как можно так издеваться над людьми. Марионеток никто не жалеет, они мясо и в первом же боестолкновении идут на убой, а тут у них есть жены и дети. Они как на работе, да, опасной, но все-таки работе, я даже слышал, что они получают зарплату.

Первое, чему начала обучать мою малышку Яфа, это как погружать себя в подобие транса усилием воли, что, на мое удивление, у Эми получилось с первого раза. После того как Эми справилась с погружением в транс эта змеюка начала объяснять как ставить блоки и как противодействовать вмешательству извне. Мне тоже было интересно и я подчерпнул немало знаний, оказывается, блоки предназначены для ломания логики того, кто попытается залезть в голову Эми. Это самая первая техника, которой сразу обучают маленького владеющего манипулятора. Поэтому очень ценятся владеющие, необученные этой техникой, как сказала Яфа профессор был обязан в первую очередь обучить этой несложной технике Эми, а так как он не обучил и, как Яфа видит, даже оставил лазейку для себя, то он, несомненно, подготавливал сосуд либо для себя, либо для кого-то другого. Только к рассвету Яфа сказала, что пока достаточно и разрешила малышке поспать. Сразу Яфа не ушла, а с любопытством и какой-то тоской смотрела, как я раздеваю сонную малышку и укладываю её в кроватку, где та от усталости и сегодняшнего напряжения моментально заснула. Уложив Эми спать, я вместе с Яфой вышел из микроавтобуса, где она приказала марионеткам убыть в лагерь, а меня попросила проводить до её дома на колесах.

— Насчет правил уточнишь у Карена, но я тебя сразу предупреждаю, никаких замашек владеющего из Империи, — строго произнесла Яфа, даже не удостоив меня взгляда. — Если кого-то беспричинно изобьешь или, не дай боги, покалечишь, я лично тебя накажу, и будь уверен, высеку. Если как-нибудь девушку возьмешь силой, то отрежу яйца и запихаю тебе же в глотку. Все понятно?

— Жестковато. Ты не боишься, что не всех устраивает такой порядок? — Она посмотрела на меня так, что сердце екнуло против воли от исходящих от неё волн силы и злобы — Не, я, конечно, не собирался кого-то насиловать или избивать, просто спрашиваю.

— Дэйчиро, в караване есть только члены каравана, никаких пустых или владеющих. Любое пренебрежение правилами будет пресечено, если допускать бесчинство в пути то это может послужить гибелью каравана. — Так, разговаривая, мы с Яфой подошли к границе, где размещался караван. — Благодарю за то, что проводил, но пока ты не прошёл санитарный контроль тебе запрещено ступать на территорию стоянки каравана, к обеду жди врача.

— А что насчет платы за помощь с Эми? — Спросил я Яфу. Она печально вздохнула, словно это самый тупой вопрос, который ей когда-либо задавали.

— О глупый юноша, моя работа еще не сделана, а когда она будет завершена тогда я и скажу что хочу в оплату. — Устало проговорила Яфа. — Теперь иди, я устала, а мне еще весь день вести подготовку каравана.

Мне не дали поспать даже пару часов, ко мне лично приперся Тьёрок чтобы осмотреть транспортное средство и оружие с броней на предмет допустимости по оснащению для пути вместе с караваном. Бедная малышка насупившись сидела и зло посматривала на этого Тьёрока, который разбудил ее заведя двигатель и, поругиваясь, проверяя все запчасти, которые купил для машины, и некоторые узлы подвески. На этого въедливого козла зло смотрел и я:

— Ты совсем двинулся, какой к черту запасной двигатель?! Я еще понимаю кардан, понимаю запасные рессоры, но запасной двигатель да еще с коробкой, куда я их тебе поставлю?! — Злился я на этого Тьёрка.

— Поймите, господин Дэйчиро, старый Тьёрок много лет ходит с караванами и знает, что лучше везти все важные узлы с собой. Я вас заверяю, в караване состоят машины, у которых запчасти взаимозаменяющиеся, и запасные двигателя имеются, а ваша машина выбивается из списка. Двигатель же вы можете разместить в техническом грузовике за чисто символическую сумму… — Этот козел начеркал сумму на бумажке и показал мне. Я, честное слово, еле удержался, чтобы не начать выправлять кузов микроавтобуса головой Тьёрока.

— Сколько?! Да ты совсем обозрел, может мне обратиться за разъяснениями к Яфе? — При упоминании главы каравана Тьёрок побледнел и яростно замотал головой.

— Не надо, господин Дэйчиро, ваша машина проходит проверку, сейчас выпишу заключение. — Начал записывать он на бланке о том, что машина прошла техническую проверку и может быть в караване.

Доктор, как и обещала Яфа, пришел к обеду. В это время я занимался бронекостюмом, а Эми немного поспав после ухода Тьёрока, веселилась с Песцом. Которого, как оказалось, тоже надо осмотреть и проколоть ему имеющиеся у пришедшего Суфра всякие витамины и сыворотки от собачьих болезней. У Доктора был даже спрей от блох, Суфра оказался любителем собак и был в восторге от размеров Песца, даже стал торговаться, чтобы провести случку с одной из сучек, что находится у него в пункте назначения каравана. С Песцом не было проблем, а вот Эми он обследовал по полной, и выдал парочку трав для отваров чтобы справиться со стрессом, который от переживаний может сказаться на организме. Со мной же все оказалось плохо, Суфра даже вызвал Яфу, семнадцать пулевых ранений это вам не шутки. Хоть все пули и были извлечены, а раны уже затянулись Суфра не взял на себя ответственность и вызвал главу каравана. Ей он заявил, что мне надо отлежаться как минимум месяц. И хоть у него нет надлежащих приборов, он по характеру шрамов и их местоположению уверен, что внутренние органы были повреждены. Также он диагностировал несколько зарастающих трещин в позвоночнике, и именно из-за них порекомендовал не принимать меня в караван, несмотря на то, что я владеющий.

Яфа пришла, и была она не в духе, как я понял, кто-то из новеньких напившись изнасиловал какую-то девчушку. Яфа всю ночь провела у нас, занимаясь Эми, и не смогла почувствовать из-за расстояния похоть мужчины и муки девушки. Да и не выспалась она, это было видно по красным глазам и минималистичной косметике, которую она применила нетвердой рукой, и помада была немного смазана. Мне было неудобно стоять перед ней в одних трусах, но похоже что её это нисколько не смущало. Подойдя ко мне, она положила свою небольшую ладошку на мою грудь:

— Все в порядке с его здоровьем, ему еще столько же можно получить и то не отразится на его боеспособности. — Вдруг она прильнула щекой к моей груди и моментально отпрянула, перед этим как бы ненароком погладила своей ладошкой там, где находится сердце. — У него страшная рана не в теле, хоть и болит в груди.

Я молча следил, как она уходила обратно в караван, похоже что для неё я открытая книга, или может все дело в том, что она знает кто я и что недавно случилось в Империи?

Заполнив документы, Суфра выдал нам разрешение въехать на территорию каравана, что я сразу же и сделал. Въехав на стоянку я сразу увидел куда встать — Суфра указал мне место где поставить машину, и, наказав охраннику, одному из марионеток, присмотреть за Эми, позвал меня пройти с ним в центр лагеря, где сейчас проходит суд. Его тон не подразумевал отказа и, попросив Песца присмотреть за охранником, я пошел следом за Суфрой. Песец плотоядно облизнулся и начал рассматривать незащищенное броней горло марионетки.

Караван составляло более пяти сотен машин, в основном это были грузовик с фурами и несколько десятков джипов с установленными на них пулеметами в кузовах пикапов, было и несколько боевых машин пехоты. Выйдя на небольшую площадь, которую окружала толпа примерно с тысячу людей, я увидел головную машину каравана — танк среднего класса, подготовленный для действий в пустыне. В круге стояла Яфа, и она избивала здоровенного мужчину голыми руками. Тот пытался защищаться, но она словно игралась с ним, с легкостью уводя его удары в сторону, и тут же била кулаком, стараясь принести как можно больше боли. Её скорость была на порядок выше её противника, что позволило Яфе просто оторвать ему ухо, она словно срезала его ножом. Не смотря на град ударов мужчина не сдавался, он все нападал и, сгибаясь под ударами от боли, подымался вновь и вновь, он не умолял, только рычал как загнанный зверь. Яфа не наслаждалась боем, она могла убить противника в любой момент, она могла раздробить ему кадык она несколько раз за те мгновения, что я наблюдал за избиением, но Яфа этого не делала, она обрекла свою жертву на мучение и решила, что боец не достоин легкой смерти.

— Что происходит, Карен? — Спросил я у главы безопасности каравана, негр почесал свою лысину и начал объяснять.

— Он попросил главу каравана о поединке. Желает умереть в бою, и если сможет победить, то ему дадут уйти. — Спокойным голосом, как будто такой бой для него обычное дело, ответил Карен.

— Яфе не составило труда установить и доказать его вину. Он напился и, увидев совсем юную девушку, пошедшую в туалет ночью, оглушил её и лишил девственности. А сделав свое дело просто уснул на ней, с первыми лучами солнца девушка очнулась и своим криком подняла весь лагерь. У нас в караване за подобное есть только одно наказание, смерть.

— Но почему именно она исполняет наказание? — Все-таки она девушка, подумал я и в этот момент Яфа словно играясь пнула насильника по яйцам, заставив того упасть на колени. — Разве нет других людей, кто может исполнить наказание?

— Есть, вообще это моя обязанность, но наказание исполняет всегда она. — Усмехаясь, поведал мне Карен. — Вообще у бедняги могла быть другая судьба, но он насильник, а Яфа никогда не берет в марионетки насильников.

— Лучше уж смерть чем быть марионеткой, все равно их так лили иначе ждет смерть. — Скривившись, сказал я, наблюдая как Яфа наступила на руки мужика и, взяв его голову, резким рывком вправо ломает ему позвоночник.

— Не скажи, её марионетки имеют волю, а некоторые, что вместе с ней пять лет, завели семьи и детей. Она не рискует марионетками, для нее они в первую очередь люди, а потом уже проявление её силы. — Я смотрел как Яфа отрубает ятаганом голову насильника, один выверенный удар и голова отделена от тела. Развернувшись к толпе она обратилась к нам:

— Я предупреждала каждого, что будет ждать его, если он нарушит установленные правила. Закон каравана един для всех, несогласные со мной есть? — Толпа замолчала, никто не издал ни единого звука, и когда прошла пара десятков секунд Яфа вновь заговорила. — Я запомнила вас, у вас есть выбор, остаться и принять законы каравана или немедленно уехать из каравана. Как только мы пересечем границу диких земель выбора у вас больше не будет, мне нужны новые марионетки и головы я готова рубить от зари до зари.

После произнесения речи Яфа пошла к своему дому на колесах, на её пути толпа мгновенно расступилась. Идя мимо людей она смотрела на них не опуская глаз, многие из мужчин устремлялись к своим машинам, через пару часов караван покинуло с десяток грузовиков.

Карен смог меня обрадовать, у него в закромах нашелся запасной старенький бронекостюм. Несмотря на то, что в грудную пластину врезались несколько десятков пуль, а шлем был иссечен бронекостюм все равно был в несколько раз лучше той несуразности, что лежала в моём микроавтобусе. Также я приобрел у Карена ручной крупнокалиберный пулемет за довольно невысокую цену, да и гранатомёт на один заряд тоже не стал для меня лишним.

Пустыня приняла нас не очень дружелюбно, лучи солнца нещадно нагревали машины, чьи двигателя и так были накалены до предела. Караван двигался медленно, тут и там мелькали квадроциклы наших разведчиков, что подымая небольшие клубы песка искали засаду на пути каравана. Я сидел на броне легкого танка, который должен принять первый удар и был так называемой головой. Мою машину, где находилась Эми под охраной Песца, за последние два дня превратили в не пойми во что, и меня, хозяина, практически выгнали из машины, теперь там постоянно находилась Яфа и обучала Эми. Она не пожелала обучать малышку в своем роскошном доме на колесах, а оккупировала мой микроавтобус, Яфа даже начала мне высказывать упреки, что я не сплю вместе с ними в машине, а постоянно нахожусь в дозоре или сплю около костра охраны. Яфа постоянно пытается сблизиться со мной, и даже с Эми ведет себя как будто это её дочь. Хотя Эми ей тоже дает оторваться, как только она почувствовала, что Яфа старается давить на меня своей силой, закатила ей такой скандал, что я начал бояться за жизнь Песца, который готов был вырвать горло Яфе. Эта псина вообще очень ревностно охраняла мою малышку. Иногда мне казалось, что он принял Эми за своего щенка и относится к ней с такой теплотой, что заставляла умиляться, когда этот грозного вида кобель пугается, что Эми споткнется или обожжётся горячей кашей из котла. Песец заслужил уважения и в караване, иногда играя по вечерам с другими детьми когда сопровождал Эми, что гуляла по каравану и общалась с детьми, которых было около двух десятков. Да и из-за того что каждую ночь он рыщет по ночам в окрестностях стоянки каравана выискивая врагов пес заработал уважение и охраны.

Карен и Яфа сразу заявили мне, что я теперь вхожу в ударный отряд каравана, конечно, это глупо если физик такого уровня просто ехал бы в составе каравана как пустой. С Кареном я пытался тренироваться, но это были только попытки и для меня это были скорее не тренировки, а способ выпустить пар. В первый раз меня так вывела из себя своим декольте Яфа, которое она пытается продемонстрировать мне при каждом удобном случае, что как только Карен предложил сойтись в рукопашном бое, я согласился не задумываясь. Как результат я вырубил Карена с первого удара. У меня все чаще происходили прорывы в силе, у меня теперь был уже не шестой дан, а выше, но я все еще не мог контролировать эти прорывы силы. Бедный негр, он теперь на меня немного в обиде, ну конечно, он то думал что сильней меня, а получилось, что какой-то щегол настолько быстрей и сильней что запросто вырубил его с первого удара. По правде я сам не ожидал, а все виновата эта бестия, которой оказался нужен перспективный владеющий, тем более двухталантовый.

В первую ночь в пути вместе с караваном, когда Яфа занималась с Эми я и Песец были наготове, и если бы эта ведьма хоть как-то навредила Эми, то мы бы оторвали ей голову. Вообще обучение у манипуляторов странное, они все время работают со своим разумом и телом, а только потом с разумом других. Как объясняла мне Яфа, копаться в чужом разуме хоть и увлекательно, но опасно, нужно чтобы твой разум был намного сильней того, что взламываешь, иначе можно ненароком навредить самому себе. Когда время начало подходить ко сну Яфа решила закончить обучение Эми на сегодня. Я уже собирался пойти в дозор как эта змеюка тут же поведала мне томным голосом, что очень переживает что у нее маленькая грудь, поэтому ей интересно мое мнение и положила мою руку на свою грудь. За что мгновенно была наказана, Эми оттолкнула её и погрозила пальцем.

Вот первый день пути по диким землям и подходит к концу. Еще засветло мы остановились и начали разбивать лагерь, спрыгнув с танка я пошел к своей машине проверить обстановку, а также пообщаться с Эми и посмотреть чтобы одна змеюка не навредила ей.

Уже на подходе к своему микроавтобусу я учуял аромат готовящегося мяса на углях, что довольно странно: все в караване питались с общих котлов, а тут кто-то жарит мясо, непорядок. У небольшого мангала крутилась Эми, Яфа переворачивала шампура, и даже всегда угрюмый Песец слегка повиливал хвостом, наблюдая, как скворчит жир, попавший на угли. Если уж мой нос улавливал дразнящие нотки, то пес наверняка сходил с ума от дурманящего запаха мяса.

— Сегодня что, какой-то праздник? И почему не из общего котла, нарушаем? — Спросил я у Яфы, та встала и, ехидно посмотрев на меня, начала говорить тоном профессора, что объясняет нерадивому ученику непреложные истины.

— Мы только пересекли границу диких земель и это одна из немногих спокойных стоянок. Будут, конечно, и другие, но нескоро, где-то через три дня, и до нее еще надо дожить. — Яфа взъерошила волосы Эми и кинула небольшой кусочек мяса изнывавшему от нетерпения Песцу.

— Есть традиция, заведенная еще в древности: на каждой стоянке в спокойном месте нужно есть мясо и набираться сил. Есть еще одна традиция, но ты еще слишком молод и застенчив, да и не в присутствии ребенка о ней рассказывать.

— Значит в ближайшие дни возможно нападение? — Спросил я её, пропустив мимо ушей ничем не прикрытый флирт и наблюдая, как она откусывает прямо со шпажки кусочек мяса.

— Не возможно, а будет. М-м-м, как вкусно. — Прищурившись от удовольствия изрекла Яфа, сейчас её мысли занимал только тающий во рту кусочек мяса.

— Это дикие земли, и здесь смерть ждет тебя каждый миг, но она всегда идет рука об руку с жизнью. Сегодня ночью где-то зародится новая жизнь, а завтра кто-то наверняка попытается забрать чужую.

Слова Яфы не были пустыми, с обеда следующего дня появились местные. Они следовали за нами на скоростных багги и пикапах, и если поначалу их была всего одна машина, то к вечеру их стало уже пять. Ночью они обстреляли караван из станковых пулеметов, стараясь вывести из строя один из грузовиков, перевозящих топливо, попытка догнать их и уничтожить была неудачна, они словно растворились во тьме. Яфа сказала мне что завтра их станет еще больше, сейчас они атаковали только ради того чтобы люди из каравана не смогли уснуть и были на взводе. Она была так спокойна и уверенна в своих словах, что когда сказала, что на третий день будет бой, я ей поверил.

Броня танка напоминала сковородку, а я, одетый в многослойную броню, был главным блюдом, вареным и слегка поджаренным, все время в близости от нашего каравана крутились скоростные багги местных. Сегодня настал третий день и все ожидали от местных более активных действий, они пытались еще несколько раз нас обстрелять, но две их изрешеченные машины были доказательством того что мы больше не подпустим их близко к каравану.

Бандиты подсчитывали наши силы, скорость и направление пути, и очень сильно давили на психику, как всего каравана, так и команды танка, которая прекрасно осознавала, что первый фугас и противотанковую мины поймает днищем она, и только после этого будет атакован и весь остальной караван. А на танковой броне удобной мишенью сидел я, мне постоянно Карен или кто-то из разведчиков по радионаушнику докладывал о местоположении местных. Вообще в караване был слабенький владеющий силой земли, но этот геомант не гарантировал обнаружение мин на скорости более тридцати км в час, а сила психокинетики не видела статичные предметы, закопанные в земле, если песок заполнял все полости. Вот так, переговариваясь и иногда упреждающе постреливая в слишком приблизившихся местных, мы и двигались, каждую секунду ожидая нападения.

Их тактика, как мне рассказал Карен, обычно заключалась в уничтожении грузовиков, чтобы не на чем было перевозить груз, бандиты часто так поступали когда их мало. Также они старались разделить караван, чтобы угнать пару автомобилей, да и просто не позволить караванам перейти по территориям бандитов было для этих отморозков честью, ведь они хоть малочисленны, а так грозно нападают. Еще Карен рассказал о том, как где-то месяца три назад один из караванов двинулся прямиком через деревню, где была такая банда. Визгу было на все дикие земли: злые люди обижают бедных местных, а то, что снайперы из этой деревни неделю преследовали караван никого не волновало. Как итог: больше этой деревни не существует на картах диких земель.

В жизни все случается неожиданно, но не в этот раз, наши разведчики успели доложить Карену, что прибыли пять пикапов и в их кузовах находятся минометы, также с ними прибыло несколько грузовиков, в которых предположительно размещено около семидесяти бойцов. Карен моментально сообщил Яфе о предположительном противнике, а мне приказал быть наготове, после чего караван остановился, ожидая решения Яфы. Продвигаться дальше по дороге, которая может быть заминирована, никто не хотел. Минометы, способные вести огонь на расстоянии двух километров — внушительная сила, и когда от Яфы мне и Карену поступил приказ с еще десятком марионеток приблизиться к местным и продемонстрировать что мы имеем клыки я не был удивлен. Но, как добавила Яфа, по возможности в бой не вступать, так как местных могут поддержать другие деревни. В таком случае каравану будет сложно выжить и добраться до города, с которым есть соглашение о беспрепятственном проходе по территориям города. Этот же участок диких земель не принадлежал ни одному из крупных городов и был по-настоящему диким. Здесь мог выжить только сильнейший, и то мелкие кучки местных могли объединиться для того, чтобы захватить караван, как не раз уже бывало. В фурах караванов было много чего, что ценилось в диких землях, от станков и круп до наркотиков и оружия. За все это многие готовы рискнуть жизнью, ведь продав такой товар в диких землях можно безбедно прожить целую жизнь.

Всего за километр до машин противника я услышал первый минометный залп. Черт. Я провернул ручку газа до предела и моментально оторвался от группы, не слушая криков Карена в наушник. Если Эми пострадает я всех их прикончу, разорву на части, она единственное что у меня осталось и если караванный психокинетик не отклонит снаряд от моей машины оторву ему ноги и заставлю их же сожрать.

Второй залп. Я не вижу машин с минометами, но уже слышу, как разведчики вступили в бой с охраняющими минометы бойцами. Первые пули я отклонил играючи, тот гнев, что бурлил во мне, был ничто по сравнению с тем страхом, что Эми в том лагере и в него летят мины. Я должен уничтожить минометчиков или каким-либо способом остановить их. Две пули, выпущенные из противотанкового ружья, разворотили морду квадроцикла и он на полной скорости начал опрокидываться, одновременно с этим начал отпрыгивать и я, отталкиваясь от квадроцикла. Я смог перейти на внутреннее зрение и видел как десятки крупнокалиберных пуль, предназначенных для уничтожения бронированной техники, разрывают на части квадроцикл. Часть пуль я не смог отклонить, и они вскользь прошли по моей броне, разрывая верхние пластины бронежилета в клочья. Я не бездействовал и, еще находясь в воздухе, нажал на курок пулемета, скорость реакции и внутреннее зрение позволили мне еще до того как мои ноги коснулись земли поразить двоих, пули разорвали их головы на куски. Рывок, я вновь почувствовал качественно новый рывок своей силы: секунда, всего лишь секунда потребовалась мне для того чтобы сблизиться с противником. Пулемет стрелял беспрерывно, собирая свою кровавую жатву, каждая моя пуля находила свою цель, и она летела не в бронированные участки людей, а в прорехи, в незащищенные места. Один из бандитов упал, оставшись без ноги от попадания пули в коленную чашечку, у второго не было шейной защиты, и его голова отлетела на пару метров, третий же получил пулю между пластин паховой защиты.

Первая линия защиты расположившихся на земле бойцов дрогнула, они начали убегать к своим машинам и в этот момент по ним начал подобно артиллерии работать танк. Он бил по примерным координатам и не попадал в машины, но когда по тебе лупят из такого калибра просыпается сильное желание улепетывать куда глаза глядят, что и эти аборигены и сделали. Укусить и убежать, вот и вся тактика местных, но не в этот раз, они связались не с тем физиком, внутреннее зрение и сила психокинетики делали меня грозным противником. Десять будущих трупов попытались меня остановить, но у них не вышло, их путь был окончен, в отличии об бандитов я не боялся попасть под удар танка, я прекрасно видел траекторию полета каждого снаряда. Главным для меня было добраться до машин с минометами, ведь это нападение не последнее и они наверняка вернутся ночью, и неизвестно, сможем ли мы их нейтрализовать до нанесения удара, который унесет многие жизни членов каравана. Перезаряжаясь на ходу, я выскочил к уже уезжающим пикапам и грузовикам, тот шквал свинца, что полетел в меня, не причинил мне никакого вреда. А вот мой пулемёт работал на убой, четыре из шести пикапов были нейтрализованы за первые секунды. Бандиты пытались убежать от меня и скрыться за барханами, но все было тщетно, я бежал за ними пока их скорость не возросла настолько, что я начал отставать. Поняв, что бандитов мне не догнать я остановился и смотрел вслед удирающим местным, что оставили после себя пикап и грузовик, полный трупов — его борта не были защищены броней и прошивались пулями навылет, не думаю что в кузове выжил хоть кто-то. Неужели какая-то куча барахла стоила стольких жизней? Мне никогда не понять тех, кто нападает и рискует за жалкие гроши. Вернувшись к грузовику и пикапу, я добил почти всех раненых, оставив в живых только одного, более дорогая одежда и бронежилет выдавали в нем возможного командира. Связав его, я занялся собой, скинув бронежилет, я достал небольшую сумку с медикаментами. Раны были не опасными. Что такое для физика два пулевых ранения, три осколка от гранаты и с десяток рваных ран разной глубины? Вытянув силой психокинетики пули и осколки я начал заклеивать раны медицинской вариацией клея момента и наблюдал как ко мне идет матерящийся и размахивающий руками с сжатыми в неприличные знаки пальцами Карен.

— Ты чего творишь, куда ты один полез?! — Кричал он на меня. — Что, героем из сказок себя возомнил?!

— Карен, у тебя в караване есть родные? — Совершенно спокойно спросил я его, протирая себя дезинфицирующим раствором, мне только инфекций не хватало посреди пустыни.

— Это не имеет значения! — Не задумавшись ответил он мне. — Твои действия могли подставить под удар всю группу! В караване есть психокинетик, он отклонит мины.

Читайте также:  Как избавиться от сильной волосатости

— Имеет значение, Карен, имеет, — посмотрел я ему в глаза. — У меня вне каравана нет близких, психокинетик в первую очередь защитит свою шкуру, ну еще главу каравана. Свяжись, пожалуйста, с караваном и узнай все ли там в порядке, моя рация вдребезги разлетелась.

Пока Карен связывался с караваном, я закончил ремонт своей тушки и, немного шатаясь, побрел к каравану. Если так и дальше пойдет на мне не останется живого места. Бой прошел и что сделано, то сделано, если кто умер в караване или нет в караване, моё знание об этом все равно ничего не изменит. С каждым шагом я ускорялся и вот перешел на легкий для меня бег, бронекостюм не подлежал ремонту, поэтому я сбросил его там, где лечился, и бежал сейчас почти налегке. Еще на подходе я увидел как в небо уходит столб черного дыма, сердце предательски сжалось, внутри похолодело, все-таки местные добились своего, пара грузовиков были уничтожены. Я сразу направился к своему микроавтобусу, и никого там не найдя направился к подбитым грузовикам, где застыл от удивления: раненых не было, а поврежденные грузовики поспешно разгружали под бойким руководством двух барышень. Я даже залюбовался, наблюдая как они синхронно указывали, куда и что складывать, как их любопытные носики совались в каждый мешок с товаром. Стоявший рядом торговец был белый как рождественский снег, и цвет его лица резко менялся красного на белый в зависимости от того, которая из барышень к нему обращалась. Но всю прелесть этой картины как ветром сдуло, когда эти фурии заметили меня:

— Папа, сто с тобой? — Первой заметила меня Эми. — Тебе Больно? — На глазах Эми начались наворачиваться слезы жалости.

— Ничего страшного, малышка. Это так, царапины, мне почти не больно, просто неудачно упал с квадроцикла. — Ну не говорить же малышке что я убивал и мог быть убитым, это ей совершенно не надо знать.

— Эми, ты неправильно строишь разговор со своим папой и задаешь не те вопросы. — Менторским тоном произнесла Яфа и по-змеиному прищурившись начала меня отчитывать. — Как ты мог допустить, чтобы тебя какие-то бродяги пустыни ранили? У тебя в голове совсем пусто?!

— Дя! — Еле успела поддакнуть этой змеюке ученица на курсе стервозности, а Яфа продолжала.

— Почему ты еще не был у врача, почему нам приходится думать о твоем здоровье вместо тебя?! — Я уже хотел возразить, но меня перебила Эми.

— Дя! Посему?! — Опять воскликнула поддакивалка и от чувств даже подпрыгнула на месте.

— Марш к врачу, пусть тебя осмотрит, а у нас и так много дел, — Яфа развернулась к толпе, которая замерла, слушая, как грозного физика, прошедшего тяжелый бой, отчитали как нашкодившего мальчишку. — А вы чего встали? За работу!

Я не понял, ладно Эми на меня может злиться, но эта ведьма то чего? Яфа схватила меня за руку и повела к грузовику медиков, Эми, откуда-то зная дорогу, гордо шагала впереди Яфы, а я как виновный во всех грехах плелся позади них. В грузовике было оборудовано несколько коек и на одной из них лежал марионетка с перевязанным животом, видать задело осколком, Яфа сразу обратилась к нему.

— Как ты, Дрик? — Боги, я слышу в ее голосе сочувствие к марионетке, как будто она не его хозяйка, а друг.

— Всё хорошо, госпожа. — Кривясь от боли ответил ей боец. — Суфра говорит, что ничего серьезного и через пару недель я буду в порядке. Прошу прощения, госпожа, что подвел вас.

— Ничего страшного, Дрик, осколок мог поймать каждый. Выздоравливай и ни о чем не беспокойся, тебя дома ждут сыновья, и я рада, что ты вернёшься домой, продолжение твоей службы мы обсудим позже. — Странно, но Яфа очень по-доброму разговаривала со своей марионеткой. — Суфра, где ты, остолоп? Вот почему когда ты нужен, тебя нет на месте?!

— Госпожа Яфа, прошу прощения, я проверял одну беременную женщину, у нее от стресса начались роды, но ребенку ничего не угрожает и мать справится и без меня. Кстати, рекомендую её нанять, она очень неплохо для своих лет разбирается в медицине. — Скороговоркой проговорил главный врач и по совместительству хирург каравана подойдя к нам.

— Вечером обговорим, а сейчас займись этим пустоголовым, не то он заклеил себя, а я думаю его надо зашить. Боюсь что в скором времени ему придется еще не раз вступать в бой. — Сказала глава каравана.

— Всё будет сделано в лучшем виде, госпожа. — Улыбнувшись, сказал Суфра.

— Эми, пойдешь со мной руководить караваном или останешься с отцом? — С улыбкой спросила у малышки Яфа.

— Папа, мосно? — Умилительные глазки уставились на меня, а я заметил у Эми отсутствие переднего зуба.

— Малышка, а где ты зубик потеряла? — Малышка сразу насупилась и посмотрела на Яфу, как бы прося помощи.

— Она взрыва испугалась, вот в угол и побежала да споткнулась. Ничего страшно, зуб молочный, скоро новый вырастит и лучше прежнего будет, также милая? — Мило улыбнулась Яфа. Я даже головой потряс, или меня контузило или Яфа опять на меня влияет.

— Дя’Вылистит! — Радостно ответила малышка Яфе. — Папь, мосньо?

— Иди уже. Яфа, я надеюсь, каравану ничего больше не угрожает? — Она улыбнулась мне.

— На сутки мы в безопасности, а там видно будет. Ну а завтра ты у меня получишь по полной за свою сумасбродную выходку, хотя, по правде сказать, после второго залпа психокинетик мог не отклонить от людей мины и были бы жертвы. — Сказала Яфа и ушла.

Суфра ругаясь, начал меня осматривать и зашивать, а также накладывать повязки на рёбра. Врач оказался болтливым донельзя, и пока лечил меня, он рассказал, что караван обстреляли еще пара пикапов и багги, стараясь отделить пару грузовиков от колонны автомобилей, чтобы перегрузить груз. Как Суфар считает, в караване находится связной аборигенов, и он рассказал им, в каком грузовике находятся лекарства, один из самых ходовых товаров на диких землях, их легко сбыть за хорошую цену. Напавшие во время моего отсутствия пикапы и багги были уничтожены лично Яфой при помощи пси-волны. У людей в машинах произошло банальное кровоизлияние в мозг, так что она тоже вымоталась и только кажется веселой и полной сил, сам бы я и не догадался, что она вымоталась, но, как говорится, спасибо капитану очевидность, врачу Суфре.

Пока я отлеживался на койке, меня посетил Карен, он рассказал, что караван не двинется с места до утра, дороги заминированы и разведка ведет разминирование. Если бы танк проехал еще каких-то семь метров, то был бы уничтожен спаренной противотанковой миной. А без такой огневой поддержки как танк передвижение по диким территориям усложнилось бы в разы. Также он обещал мне найти у торговцев нормальный бронекостюм, но тут нарисовался Тьерок и заявил что ничего искать не надо, у него чисто случайно имеется искомый бронекостюм, и он, случайно, имеется в двух разных комплектациях. А еще по божественной случайности у него, Тьерока, имеется превосходное оружие для физика-двуствольный авиационный пулемёт, и все это ему попало в руки чисто случайно и он готов передать почти безвозмездно. То есть дорого.

Спасли Тьерока зашедшие Эми и Яфа, а то я уже подумывал, как оторвать ему голову. Когда малышка начала рассказывать, как она самолично всех успокаивала во время обстрела каравана, Яфа попрощалась с нами до завтра и как то по особому посмотрела на меня и Эми, с какой-то тоской, смешанной с печалью. Ночь прошла спокойно, а на утро появился пропавший Песец. Он был весь ободран и имел парочку пулевых ранений, но гордо нес окровавленную кепку. Отправившиеся по его следам разведчики в тридцати километрах от каравана нашли лагерь моих недобитков, они были загрызены. Всех девять человек убил этот пес, что сейчас так умильно млеет от ласки, которую дарят ему детские пальчики Эми.

Утром я первым делом пошел к Суфре с псом, где Песца обработали и вытащили одну пулю, пару ран пришлось зашить. Смотря на то с какой любовью и трепетным отношением Суфра относится к Песцу я был немного удивлен, мне казалось, что он к людям хуже относится. Да и лечит он их не с таким трепетом, а по тому списку и куче лекарств, что я получил, я окончательно утвердился в том, что меня Суфра штопал хуже, и лекарств на меня было потрачено гораздо меньше. К Яфе мы пошли вместе с Песцом, бедный кобель немного поскуливал и даже взглядом просил, чтобы я взял его на ручки, но я не собирался приближать к своему горлу зверя, который легко расправился с девятью бойцами. Надо поскорее разобраться с ним пока караван не тронулся в путь, пустить пулю в лоб или просто запереть где-нибудь, допускать его к Эми я не собирался. Нашли мы Яфу около танка, где она следила за установкой противоминного трала. С ним караван замедлится, но по-другому проскочить этот беспокойный участок нам не получится.

— Яфа, мне надо с тобой поговорить о псе. — Она недовольно посмотрела на меня и, дав указание рядом стоящему Карену проверить все после установки, отошла со мной в сторону.

— И какая у тебя проблема с этим милым песиком? — Песец аж хвостом завертел, услышав ласковые нотки в голосе Яфы.

— Он смог по следу найти и загрызть девять человек, обычная собака на это не способна, вот в чем дело. К Эми я его больше не подпущу. — Песец зарычал на меня, а Яфа истерично засмеялась.

— Обычная собака, ха-ха-ха, представляешь, он считает тебя обычной собакой! — Она обратилась к Песцу, а он утвердительно гавкнул, мол, ему самому смешно. — Я думала, что ты в курсе, это один из экспериментов какого-то владеющего манипулятора, у пса очень неплохо развит мозг и реакция, и блокировка стоит.

— Какая блокировка, и что значит — эксперимент? — Спросил я её.

— Обычная блокировка, попытаешься его подчинить и он умрет, но не сразу, где-то около минуты он будет изо всех сил пытаться убить того, кто решил подчинить его. Это обычный эксперимент для диких земель, манипулятор берет щенка и правит его развитие, увеличивает степень разумности, а также улучшает тело. Предназначение такого пса — разведка, охрана, ну и, конечно же, уничтожение целей, твой пес хорошо обучен для убийств. — Яфа при разговоре чуть ли не вздыхала, объясняя вещи, которые казались ей обыденными. — Что случилось с его прошлым хозяином, пес не хочет говорить, думаю, его хозяина убили и пес впал в апатию, начал слабеть и постепенно умирать от голода. Потом его поймали те торговцы, у которых ты его выкупил, и вкололи ему огромную дозу гормонов и стимуляторов на основе наркотиков, и пес был вынужден выйти из апатии и как то продолжать жить, ненавидя людей, что не дали ему умереть спокойно. Такие создания очень привязаны к хозяевам и после их гибели обычно сами умирают, и вот он встретил твою Эми и почему-то захотел снова жить и быть рядом с людьми, не только на цепи, но и как друг и защитник.

— Это все конечно очень интересно, но что мне с ним делать? Он ведь сам пошёл убивать, я не хочу, чтобы он вредил кому-либо. — Спросил я, видя, как Песец смотрит на меня умоляющими глазами.

— Ничего не надо с ним делать, он оружие и относиться к нему надо относится как к оружию, а насчет того что он сам пошел убивать не волнуйся, это я попросила его выследить убежавшую от тебя добычу. Как я понимаю он решил что если добыча убежит ты будешь недоволен, он и пошел на крайние меры — Скучающе произнесла Яфа. — Если у тебя есть претензии, что он проявил своеволие, предъяви их мне, я понимаю что поступила опрометчиво, но так надо было, а ты после боя не мог мыслить рационально. Знаешь, мне и сейчас кажется, что твой разум затуманен.

— Хорошо, претензии есть, и я их тебе озвучу. Какого темного бога ты указываешь что делать моему псу и просишь его убивать без моего ведома?! — Песец начал скулить. — Малышке не стоит общаться с таким чудовищем, он опасен для неё.

— Ну, он довольно смирный, да и понятливый, он скорей себе навредит, чем девочке. Ты бы только слышал как он сейчас кричит чтобы ты не запрещал ему общаться с Эми и не выгонял из стаи, он ничего не рассказывал про охоту малышке. — Посмотрела на меня Яфа и в её глазах загорелся огонек наживы. — А отдай его мне, я найду для него много работы. А ты, псина, хватит скулить, не ценит тебя вожак, как бы ты не любил щенка вожак тебе не доверяет.

— Я подумаю. Песец, пошли домой, тебе нужен отдых. — Мне не хотелось отдавать пса Яфе. Лучше пристрелю его, так будет гуманней.

Отойдя от каравана на сотню метров, я достал пистолет и посмотрел на пса. Тот будто понимал, что я размышляю о дальнейших действиях и о том, будет ли он в стае.

— Слушай меня, Песец, я главный, тебе нельзя никого не трогать, если я не разрешу. — Начал я, оглянувшись и проверив, что меня никто не слышит. — Я вожак, ты меня понял?!

— Гав! — Эта псина поняла меня и даже кивнула.

— Если тронешь Эми или если что-либо натворишь без моего разрешения, я вспорю твой живот и намотаю твои же кишки тебе на пасть. Всё ЯСНО?! — Псина утвердительно замахала головой и, жалобно заскулив и прижимая уши лапами, упала на живот и подползла ко мне.

— И я запрещаю тебе рассказывать об этом Эми. — Боги, я схожу с ума, разговариваю с псом, и что хуже он меня понимает.

Подойдя к своему микроавтобусу я увидел стоящих около него Карена и Яфу и того единственного пленного, которого я оставил в живых.

— Ну ты это, вот короче. — Начал говорить Карен, но его мысли сбились и он пнул связанного пленного, лежащего с кляпом во рту. — Это теперь твоё.

— Не понял, а зачем он мне? — Зачем мне пленный я не понимал, но вот выглядывающая из микроавтобуса головка Эми рождала в моей душе подозрения.

— О боги, за неподчинение приказам на поле боя ты оштрафован, половина трофеев, взятых тобой в бою, уходят на нужды каравана, остальное ты или получишь деньгами или заберешь натурой. — Начала отчитывать мне Яфа и пнула пленника. — А вот этот тоже является твоим трофеем, продавать его бессмысленно, он как марионетка имеет малую цену из-за слишком большого возраста. Ему лет где-то под сорок и тело уже не усилишь, да и мозг не выдаст хорошую реакцию — слишком много наркоты жрала эта скотина, но вот как учебный материал для Эми он прекрасно подходит.

— Не нужен ей такой марионетка, я ей животных куплю, да и на крайней случай есть Песец. — Псина начала скулить, а лицо Яфы исказилось в гневе. — И мне, Яфа, не нравится как ты влияешь на малышку, я найду ей другого учителя. И вообще, я тебе не доверяю.

— Да как ты… Да я тебя сейчас, неблагодарная тварь, да чтобы я тебе! — На лице Яфы появился оскал, а меня мгновенно окружили появившиеся будто из ниоткуда марионетки, рассредоточившись так, чтобы не попасть под перекрёстный огонь. Яфа уже была готова кинуться на меня, но когда я уже хотел первым начать бой, Яфа выдохнула и стала спокойной, как и всегда. — Идиот, где ты найдешь учителя в диких землях для Эми? Пойми, тупоголовый физик, которому голова нужна только для пробития стен, владеющий манипулятор должен развиваться, а твои животные это начальный уровень, их разум отличается от нашего и его легче изменять. Рано или поздно Эми начнет сама манипулировать людьми или пытаться создать марионетку, человеческий разум сложней, и при работе с ним легко можно допустить ошибки, которые могут навредить манипулятору. Именно поэтому и нужна учебная марионетка, или ты хочешь, чтобы Эми сама себе навредила?

— Я не хочу чтобы она делала раба из человека в таком возрасте, я не хочу чтобы она относилась к людям как к материалу или рабам, — сказал я Яфе.

— Они не рабы! Пойми, у этого куска мяса нет выбора, либо Эми либо смерть! — Хоть Яфа и успокоилась, но её глаза все еще пылали гневом, а окружившие нас марионетки никуда не ушли. — Ей нужно заниматься с людьми, это вопрос выживания и тут твои нормы морали не работают. Ты качаешь тело, а ей нужно тренировать свой ум, пойми, пустоголовый, для нее это очень важно.

— Я надеюсь, ты не сделаешь себе лазейку в разуме марионетки Эми. Его подчинение пройдет под твоим контролем, я не хочу чтобы Эми навредил её собственный марионетка. — Я понимал, что мои принципы не жизнеспособны в этом мире, и что не делай, а малышка владеющая. И не просто владеющая, а манипулятор, а у них совсем другое отношение к жизни пустого.

— Если тебя беспокоит мое влияние на Эми то я ограничу общение с ней. Я обучу ее как работать с марионеткой на начальном уровне и буду стараться не вмешиваться в процесс подчинения, только проконтролирую его чтобы малышка освоила основы. — Злобно проговорила мне Яфа. С самого начала выяснения отношений Бедный Карен отвернулся от нас и на протяжении всего разговора смотрел куда-то в небо. Уверен, если бы он не был негром, то покраснел бы.

— Я согласен, ты можешь начать обучение. Блин, Карен, мне нужны цепи чтобы приковать эту марионетку. — Что же за день такой, то с псиной разбираться, то вот со всем этим, может перестрелять их? Нет собаки и человека — нет проблем.

Следующие три дня прошли довольно спокойно, меня никто не трогал и я все время сидел за рулем. Мне дали восстановить силы, да и с малышкой я наконец-то смог нормально пообщаться. Она, оказывается, как и все дети впитывала всё как губка, и мне не нравилось, что она подражает Яфе, но уж лучше ей, чем подражать мне. Девочка постоянно приставала ко мне с вопросами о том, как я убиваю и как должна действовать в бою её марионетка. У меня появилась новая головная боль, этот безымянный под номером один. Эми вместе с Яфой подчинили его и теперь Эми самостоятельно, по инструкциям и записям дорабатывает эту марионетку. Пока что это не очень разговорчивый тип, да и, откровенно говоря, тупой, и он напоминает мне робота, который постоянно глючит. И ладно если бы он просто зависал, так он еще может неожиданно произвести выброс отходов жизнедеятельности. Как объяснила мне сквозь зубы Яфа они снесли его личность и теперь Эми постепенно дорабатывает и изменяет новую. Также марионетка постепенно обучается и мне каждый вечер приходится тренировать это недоразумение рукопашному бою. Огнестрельное оружие я ему пока не выдавал, сейчас он скорей меня пристрелит, чем попадёт в цель, хотя стоит признать что со временем он становится более умным, да и двигается лучше. А когда эта марионетка находится под управлением Эми, то начинает творить совсем чудеса и в бою двигается уже не так бессмысленно, но тут еще было проблемой то, что Эми сама не знала, как надо двигаться в бою и марионетка в основном беспорядочно махала кулаками.

Нападений за эти три дня не было, но на некотором расстоянии нас постоянно сопровождали местные. Как говорил мне начальник охраны Карен, они боятся, что мы можем направиться в одну из деревень отомстить за прошлое нападение, и как только мы изменим путь и направимся в сторону деревни, нам дадут бой. Силы будут неравны, и умирать местным, видать, не хотелось: они не проявляли никакой агрессии, даже связавшись с Яфой по рации сообщили, что сожалеют о произошедшей стычке и уверяли, что это были другие местные. Смешно, но они не постеснялись предъявить требование передать им часть трофеев в качестве оплаты за спокойный переход по их территориям. Яфа не стала идти на принцип и вывалила кучу оружия, которое Тьерок отобрал как наименее ценное и почти ничего не стоящее, туда же он выкинул потрепанные бронежилеты и прочий хлам, что был собран там, где я уничтожил бойцов. Единственный старенький грузовик из трофеев, что был на ходу, я отдавать не собирался, как оказалось теперь он принадлежит мне и у меня уже появились на него некоторые планы.

Следующую стоянку мы сделали около поселения, которое находилась недалеко от ущелья, что нам нужно будет преодолеть, а после пережить двухдневный переход по горам. Деревня была небольшой и в нее никого кроме Яфы и Карена не пустили, после того как начальники каравана договорились о разрешении о стоянке караване из деревни вышла куча народа и началась торговля. Смотря на то, какая радость была отражена на лицах жителей деревни, я задумался, почему в других деревнях вот так не принимают караван и постоянно пытаются напасть на него, а не торговать? С этим вопросом я обратился к Тьероку, на что тот мне ответил, что есть правильные караваны, которые привечают во многих деревнях, товар у них иной, живой товар, а есть такие караваны как наш, неправильный, на него нападать можно. А некоторые даже считают что нужно, но все же никогда не угадаешь, на какой караван решат напасть.

Вечером к нам с Эми пришла Яфа, она была одета с особым изяществом и выглядела очень привлекательно. И не с пустыми руками, она снова пришла готовить мясо. За весь вечер мы с ней так ни разу и не поговорили, я понимал, что такое отношение не только из-за Эми и другой бы на моем месте давно уже был бы с ней под одним одеялом, но мне не нравилось то, как все легко и как-то просто выглядело. Она не давила на меня своей силой и я видел её такой, какой она и была, я видел все изъяны ее тела и всю красоту, но так и не смог понять зачем ей я. Уложив спать Эми и прочитав ей сказку, Яфа ушла, так и не попрощавшись со мной.

Переход через горы был неспокоен, мне и Карену с разведчика приходилось постоянно разгонять местных, пару раз даже пришлось задействовать танк, чтобы отпугнуть слишком близко подобравшуюся группу местных. Никто не знал что у них на уме, на попытки выйти на связь они не реагировали, а после того как у них были замечены станковые пулеметы и даже небольшая гаубица упреждающе выстрелы имели смысл. Но так как нашей целью было только припугнуть бандитов жертв среди местного населения не было. А вот парочка камнепадов были, завалы разбирали всем скопом кроме охраны, я, сидя на танке, с умилением смотрел как Эми и Песец тоже помогали с разбором завала в меру своих сил и способностей. Марионетка под управлением Эми очень неплохо раскидывала камни, а Песец носил в своей пасти небольшие деревья и ветки, и делал это так забавно, что у всех вокруг понемногу повышалось настроение.

Спустившись с гор, передо мной предстала прекрасная равнина, повсюду, насколько хватало глаз, простирались, как казалось, бесконечные леса. После пустыни и мрачных гор казалось, что здесь кипит жизнь, все прямо утопало в зелени и радостных красках.

До Ичьхилака, города, в котором я решил остановиться и попытаться начать новую жизнь, осталась всего пара дней пути, и тут все планы по устройству жизни нарушила Яфа.

— Дэйчиро, ты не поменял планы остаться в городе? — Спросила она меня, придя вечером к нам к микроавтобусу на последней стоянке и пожарив по традиции мясо. Боги, меня эта традиция начала доводить до белого каления, я все чаще думал о Яфе в теплом ключе и ловил себя на мысли, что она начинает нравиться мне как женщина.

— Да, я решил начать здесь новую жизнь. Ты все-таки решила рассказать мне про плату за обучение? — Спросил я её.

— Да, я прошу тебя в течение недели после прибытия побыть моим охранником. — Она как-то грустно улыбнулась. — Надеюсь, ты не откажешь мне и до поездки побудешь с Эми у меня в гостях.

— Сопроводить и охранять тебя я соглашусь, но только при условии что я изучу маршрут и ты расскажешь какая опасность тебе может угрожать. — Меня беспокоило какое-то чувство, что с Яфой не все так просто. — Насчет гостеприимства прошу прощения, но я вынужден отказаться, по прибытию я с малышкой сниму комнату в гостинице и в ближайшее время приобрету дом.

— Понимаю, ну, тогда как только ты устроишься в городе мы и обговорим все условия работы. Рекомендую остановиться в гостинице Радзон. — Проговорила она.

Доехали мы до города быстро и уже по очень хорошим дорогам для диких земель, нам постоянно встречались блокпосты и разъезды патрулей, что не чинили нам препятствий. Город Ичьхилак был обнесен высокой стеной, которая была больше традицией, чем необходимостью, но мне как владеющему было запрещено пересекать ворота города. Только после регистрации я и Эми получим право въехать в Ичьхилак, но так как мы прибыли к вечеру время было уже позднее и нам сказали прийти на регистрацию завтра. А ведь я рассчитывал переночевать в гостинице. Около города Тьерок выписал мне пару чеков на неплохую сумму, а также объяснил где я могу забрать свой грузовик, после чего мы с Эми отправились на поиск ночлега, а караван направился к складам. И вот мой путь наконец окончен.

На следующий день мы с Эми пошли регистрироваться как владеющие. Около небольшого и немного обветшалого двухэтажного здания, в котором и должна была состояться регистрация, стояли две боевых машин пехоты и с полсотни вооруженных марионеток. Как только мы зашли в здание, к нам подошел рослый мужчина, чьи виски уже затронула седина:

— Приветствую вас, господин Дэйчиро Шосе, я начальник регистрационного пункта города Ичьхилак. Меня зовут Шахрев из семьи Алтосив, прошу вас последовать за мной в кабинет, где вас ожидают для разговора представители совета города. — Мужчина по-военному отрапортовал, смотря мне в глаза, но вдруг запнулся и потупил взгляд. — Прошу прощения, госпожа Эми Шосе, вас также ожидают в кабинете.

— Веди. — Если честно я ожидал чего-то подобного, глупо было бы не ожидать разговора если ты не низкодановый владеющий, что прибыл в город с неизвестными целями. Да и есть у меня предположение, кто именно доложил этим людям, что я присоединился к каравану.

Поднявшись на второй этаж, я увидел несколько владеющих стоящих на охране, мы вошли в небольшой кабинет, а начальник регистрации не стал заходить, встав рядом с дверью, и одобрительно улыбнулся немного испуганной Эми. В кабинете за столом у дальней стены сидели двое мужчин и одна женщина. По небольшим черным венам, виднеющиеся через кожу, что проявлялись на её лице, я определил в ней очень сильного владеющего распада. Двое мужчин также были владеющими, это было понятно по дорогой одежде, но вот какой силой они обладают, мне было неизвестно.

— Прошу вас, Дэйчиро Шосе, присаживайтесь. — Немного полноватый мужчина указал мне на одиноко стоящий перед ними стул. Я подошел к нему и сел, а Эми сама взлетела мне на колени и прижалась к моей груди своей головкой. — Как прошел ваш путь по диким землям, легок ли он был? — Спросил все тот же мужчина.

— Благодарю, в диких землях нет легких дорог. Путь был таким, каким бывает любой путь

Источник